Разрешите начать бомбометание? — Петр Иванович повернулся к нему со нерешительным, рассеянным взглядом. Несколько секунд помедлил, после чего в одно мгновенье собрался и коротко сказал: — Огонь! — Но так, что у штурмана мурашки по спине побежали. — Приказ по эскадрилье: «Бомбить по готовности». — После чего снова вернулся к наблюдению за бухтой в весьма недурную оптику.
За его спиной послышались команды и, спустя десяток секунд он увидел как к бухте устремились смешно покачиваясь темные силуэты тяжелых авиационных бомб.
А потом, чуть позже, все внизу скрылось в огромных столпах воды, дыме и красновато-желтоватых вспышках. Которые продолжались казалось целую вечность. Уже отбомбилась его эскадрилья, уходя по широкой дуге на базу. Но два полка тяжелых дирижаблей-бомбардировщиков не могли сбросить бомбы с такой высоты на бухту разом, поэтому ад в Портсмуте продолжался весьма приличное время. Шутка ли? Сто восемь могучих дирижаблей, которые несли по сорок тонн бомбовой нагрузки. Свыше семи тысяч шестисоткилограммовых бомб, снаряженных тротилом!
Бомбометание с такой высоты обладало очень серьезным рассеиванием, поэтому, когда спустя час после последнего взрыва в бухту ворвался отряд миноносцев при поддержке торпедных катеров от Grand Fleet Royal Navy остались одни воспоминания и обломки, покрывающие всю акваторию.
А береговая полоса приличной ширины напоминала лунный ландшафт, окаймленный обильными городскими пожарами, разрастающимися с каждой минутой все сильнее. Поэтому флотилии миноносцев аккуратно пройдя по бухте, удалились, ибо здесь они были больше не нужны.
Глава 80
Спустя час. Лондон
Офис премьер-министра Британской Империи
— Сэр! — Буквально ворвался в кабинет Гладстона секретарь.
— Что вы себе позволяете, Арчибальд!
— Сэр! Русские! Портсмут!
— И что? Туда зашла эскадра русских кораблей? Начался бой? Что случилось?
— Сэр… Grand Fleet больше нет.
— Как нет? — Опешил Гладстон.
— Нет… русские прилетели огромным количеством дирижаблей и сбросили бесчисленное количество бомб.
Ни один корабль не смог спастись. Все на дне. А берег превращен в адское поле. Сэр. Гигантские воронки. Полыхает весь город…
— Я вас понял, — побледнев и заиграв желваками сказал Гладстон. — Что-нибудь еще?
— Да. После того, как дирижабли закончили сбрасывать бомбы, в бухту на всем ходу ворвались малые корабли русских, стремясь торпедировать те наши корабли, что еще остались на плаву.
— Можете идти… и больше не врывайтесь ко мне без стука. Ах да.