Автор
В холодной атмосфере гнетущего подслушивания слышится прикосновение скрежающей металла тюрьмы. Яростный парфюм мускуса и цедры растекается по каменным стеноам, отравляя воздух серой истерикой. Кровь в венах вскипает до самого предела, душа раскачивается между умиротворением и безнадежностью....
Мы обязательно осчастливим моих и твоих родителей внуком. А потом еще одним, и еще. Я хочу минимум трех детей. Жаль, конечно, что близнецы только по женской линии случаются, я бы не отказался сразу от двух карапузов.
— Ну… — мама слабо улыбается. — У моей бабушки была сестра-двойняшка.
— Что?! — обескураженно охаю я.
— Это очень грустная история, Софа, — мама печально улыбается. — Она рано умерла. Война, голод. Она тяжело болела. Мне самой о ней рассказали, когда я была тобой беременна и все ждали и надеялись на двойню.
— Стоп, — я бью ладошкой по столу, — какова вероятность, что моего брата или сестру украли в роддоме, а?
— Ты была одна.
— Точно?
— Точно.
— Богдан и Савелий, — воодушевленно заявлет Мирон.
Я, мама и папа обескураженно смотрим на него.
— Мне нравится, — кивает мама.
— Но гадалка нагадала одного, — напоминает папа.
— А будет двое, — безапелляционно заявляет Мирон и повторяет. — Богдан и Савелий Корольковы.
— А если девочки? — мама допивает остывший чай.
— Аглая и Бажена.
— Красиво, — опять соглашается мама.
— Мое мнение тут учитывается? — вмешиваюсь в тихий разговор.
— Да, Софушка, учитывается, — Мирон переводит на меня взор. — Твои предложения?
Судорожно думаю над именами, но ничего лучше предложенных мне в голову не приходит. И я раньше не задумывалась о потенциальных детях и как их назову.
— Па? — решаю просить помощи у того, кто так же растерян, как и я.
— У меня прадеда Савелием звали, — он пожимает плечами и продолжает наставительно рассуждать.
— Нет, Аглая мне нравится, — качаю головой.
— Но будут пацаны, — папа пожимает плечами, — предчувствие.
— Аналогично, — кивает Мирона.
— Предлагаю выпить за пацанов, — папа решительно смотрит в глаза Мирона.
— Поддерживаю.
Папа встает и подходит к холодильнику, из которого достает непочатую бутылку водки. Мама вскакивает и начинает суетиться с рюмками, закусками: режет ветчину, огурчики, помидорчики, накладывает в розетку маринованных опят.
— Вздрогнем, — папа и Мирон чокаются и опрокидывают в себя первые рюмки.
Мирон накалывает на вилку маленький грибочек и с большим аппетитом раскусывает его. Вот сижу рядом с ним и до меня так и не доходит, что я за ним замужем. Да и как осознать этот момент, к которому я точно не была готова, когда согласилась работать секретаршей в начале недели.
