Два дня Агатка пропадала в суде, и мы с ней почти не виделись. В пятницу она собралась в славный город Плес в компании коллег-адвокатов, там затевался то ли семинар, то ли дружеская попойка. Милостиво звала меня с собой, но я отказалась. Вернуться должна была только в воскресенье вечером, и я настроилась на тоскливые выходные.
В последний рабочий день недели Агатка ушла рано (выезд был назначен на 14.00), в шесть смылись девчонки, я же, рассудив, что дома занять себя нечем, трудилась с утроенным рвением, наверстывая упущенное. Часов в семь объявился Сергей Львович, позвонил на мобильный.
– У меня возникло непреодолимое желание тебя увидеть.
– Неужто не запасся девушкой на вечер?
– А ты догадливая, – засмеялся он. – На улице холод, все красивые девушки куда-то попрятались. Вот я и вспомнил о тебе. Давай отметим благополучное завершение нашего сотрудничества. Надевай красивое платье, сапоги на шпильках, будешь демонстрировать мне свою убойную походку.
– Больно надо… Я на работе, и нет у меня ни платья, ни шпилек.
– А сестрица твоя тоже там?
– Так это ж здорово. Сейчас заеду за тобой, и отправимся пьянствовать. Ты мне нравишься, даже когда одета точно пугало. – Он заткнулся, а я направилась к зеркалу. Придирчиво себя оглядела. Вот скотина… вполне приличный костюм. Ладно, я тебе покажу пугало…
Берсеньев явился через пятнадцать минут, видно, пасся где-то рядом. Я поставила офис на сигнализацию и вслед за Сергеем Львовичем побрела к машине.
– Заедем домой, – буркнула сердито.
– Любой каприз, я сегодня добрый.
В квартире я предложила Берсеньеву занять себя чем-нибудь в кухне и пошла готовиться к выходу в свет. Мой гардероб подвергся тщательному осмотру. Спасибо сестрице за новое платье! Быстренько соорудив подобие прически, я достала косметичку, которой пользовалась редко и неохотно, и за десять минут нанесла боевую раскраску. А потом вышла в кухню и встала в дверях, подбоченясь.
Берсеньев прикрыл глаза рукой и тенорком пропел:
– Ослеплен. Насчет пугала я погорячился, на самом деле ты красавица.
– То-то же, – кивнула я и направилась в прихожую.
Подскочивший Берсеньев с низким поклоном подал мне пальто.
– Все мои знакомые лопнут от зависти, – продолжал болтать он. – Если, по милости божьей, доведется с кем столкнуться сегодня.
– Трепач, – хмыкнула я, но его болтовня ничуть не раздражала, даже наоборот, он таки смог меня рассмешить, и в ресторан я входила если и не в отличном расположении духа, то, безусловно, вполне сносном.
Попутно выяснилось: столик в ресторане Берсеньев успел заказать заранее, а заведение выбрал из дорогих. Я еще раз мысленно поблагодарила сестрицу за новое платье, шествуя к столу в самом конце зала.