А иногда, – она оживилась, – зовешь одного, а появляется другой! И долго не признается, что он не тот! Они так над нами смеются.
– Ты что? – спросил Меркурьев, которого осенила догадка. – Ненормальная?..
Она кивнула, довольно жизнерадостно на этот раз.
– Понятно, – пробормотал он.
А что, пронеслось у него в голове, вполне возможно. Я ничего о ней не знаю, и никто ничего о ней не знает, кроме подозрительного: она прибыла на слет магов, вызывает духов, носит странные, нелепые одежды, говорит нелепые слова. Вполне возможно, что она ненормальная!..
Мало ли людей с навязчивыми состояниями!..
Но откуда-то она знала о мертвом человеке! Ходила утром гулять, наткнулась на него и никому не сказала? Решила дождаться кого-то, кто нашел бы тело вместо нее? Это глупо – она была там от начала до конца, и на пляже, и в отделении!..
И кто-то явно помогает ей в ее мистификациях здесь, в доме! Кто станет помогать безумной?..
– Ты сказала там, внизу, что не пойдешь в гостиную, потому что ты их боишься.
Антипия вскинула голову и посмотрела на него.
– Кого ты боишься? Ты же всех видела сто раз.
– Я просто так сказала, – пробормотала она.
– С кем ты разговаривала в коридоре у камина?
– Я не разговаривала!
– Тогда кто разговаривал?
– Я не знаю! – почти крикнула она. – Что ты ко мне пристал? Я не разглядела! Я слышала, но не разглядела.
Василий Васильевич вытаращил глаза. Такой поворот событий не приходил ему в голову.
– То есть, – сказал он и налил в чай коньяку, – ты спустилась по нашей лестнице, вышла в коридор и услышала, что там разговаривают. О чем они говорили?
– Ох, – Антипия вздохнула, припоминая. – Сначала один велел другому не шуметь. А тот говорит: это не я! Потом что-то про камень, про то, что все прибыли. Этот еще говорит: двери закрой! А тот ему: я закрыл.
– Так, – сказал Меркурьев. Он слышал примерно то же самое. – А где именно они разговаривали?
– По-моему, где-то близко, – ответила Антипия. – Во всяком случае, недалеко.
– Да ну тебя, – рассердился Василий Васильевич.
Он поставил перед ней кружку, а сам сел напротив.
– По-разному бывает, – возразила Антипия, принюхиваясь к пару, который источала кружка. – Бывает, разговаривают совсе-ем далеко, а слышно отлично. А бывает, под боком, но ничего не разобрать. Или помехи кто-нибудь наводит, или специально так разговаривают.
– Какие помехи? – вновь раздражаясь, спросил Василий Васильевич. – Кто наводит?
Она сделала глоток, зажмурилась и посидела молча.
