В городе N разворачивается цепь жестоких убийств и актов вандализма. В центре криминальной драмы оказываются дочери мэра, следователь прокуратуры и семья экс-оперативника. Любовные треугольники, скрытая ненависть и опасная зависть становятся взрывчатой смесью, в которой каждый может быть и...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Дети белой богини» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В городе N разворачивается цепь жестоких убийств и актов вандализма. В центре криминальной драмы оказываются дочери мэра, следователь прокуратуры и семья экс-оперативника. Любовные треугольники, скрытая ненависть и опасная зависть становятся взрывчатой смесью, в которой каждый может быть и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В городе N разворачивается цепь жестоких убийств и актов вандализма. В центре криминальной драмы оказываются дочери мэра, следователь прокуратуры и семья экс-оперативника. Любовные треугольники, скрытая ненависть и опасная зависть становятся взрывчатой смесью, в которой каждый может быть и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Что произошло ночью, пока он крепко спал? Не Германа надо об этом спрашивать. Тот все равно не скажет.
- А знаешь, - сказал Горанин, выруливая на дорогу, - зайду-ка я с тобой к Валентине Васильевне, поздороваюсь.
- А как же совещание?
- Подождут. Я же сказал: еду."
"На дорогах уже работала уборочная техника. Снег, перемешанный с песком, сдвигали к обочине, где трудился транспортер. Ехали они молча, Горанин был рассеян, пролетел на красный, но его никто не остановил. Завьялов подумал вдруг: «Сотрудники ГИБДД! Машина у Германа приметная, ее в городе знают все. Правда, по ночам в N никто не караулит нарушителей. А если дело было утром, часов в шесть?
Тряхнул головой: ну, ездил куда-то Горанин ночью, и что это даст? Скажет, к любовнице, и все j поверят. И женщина найдется, которая это подтвердит. Нет, Германа так просто не возьмешь».
- Эй, Зява! Очнись, приехали! — окликнул его Горанин. И посигналил.
В окне тут же появились любопытные женские лица. Сотрудницы страховой компании заулыбались, начали поправлять прически. Герман первым ввалился в офис, загудел:
- Повинную голову меч не сечет! Каюсь, бабоньки, мы с Александром вчера загуляли, вы уж |его простите.
- И девочки были? - кокетливо спросила Ва-люша, поднимаясь из-за стола.
- А как же! Десятка два, не меньше!
- Ну тебя-то я знаю, а вот Александр Александрович удивил! Мы бы ради него и сами застолье организовали, разве ему нас мало? А, девочки?
Девочки заулыбались, а Завьялов смутился и покраснел. Вечно Герман впутает в историю! Теперь ведь заклюют!
- Герман Георгиевич шутит. - Он смущенно кашлянул. - Никого не было.
- Да ладно тебе скромничать, Саша! - хлопнул его по плечу Герман. - Вот, девчонки, теперь отдаю его вам. Пользуйтесь.
- Да уж нам теперь мало что достанется, -звонко рассмеялась Валюта. - Разве что ты поможешь.
- Обязательно, - подмигнул ей Герман. — Но в другой раз.
- Когда же? Мы подготовимся.
- Саша, и правда! Ведь проставиться надо! - Засмеялся Герман.
- Как закончим учебу, так и накроем поляну, - деловито сказала наставница Завьялова.
Он молча кивнул — хорошо.
- Так и решим, - постановила Валюта. - Только уж и вы приезжайте, Герман Георгиевич.
Весь день Александр сидел, как на иголках, отбиваясь от насмешек. Он не умел брать верх в шутливой перепалке, заставляя представительниц прекрасного пола мило краснеть. Сам оказался в роли мальчика для битья. На обед, естественно, не пошел. Какой уж обед, когда опоздал на три часа! Насмешки терпел до вечера. Выйдя из конторы, направился к автобусной остановке.
После того как вышел в отставку, заказал себе появляться на месте прежней службы. Сердце ныло, когда вспоминал о любимой работе. Тяжело было, но зато занимался настоящим, мужским делом. Тянул на себе много, привык себя уважать.
