После трагической смерти отца Надинька осталась сиротой и потеряла дом. Её надежда — любимый Сереженька, но он полностью поглощен строительством первой в мире атомной станции. Героине предстоит найти своё место в жизни и разобраться в своих чувствах среди грандиозных перемен эпохи.
Раздел Chitat.online для книги «Девчонки, я приехал!» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
После трагической смерти отца Надинька осталась сиротой и потеряла дом. Её надежда — любимый Сереженька, но он полностью поглощен строительством первой в мире атомной станции. Героине предстоит найти своё место в жизни и разобраться в своих чувствах среди грандиозных перемен эпохи.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
После трагической смерти отца Надинька осталась сиротой и потеряла дом. Её надежда — любимый Сереженька, но он полностью поглощен строительством первой в мире атомной станции. Героине предстоит найти своё место в жизни и разобраться в своих чувствах среди грандиозных перемен эпохи.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Девчонки, я приехал!» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Предстоит расточка кронштейнов и дейдвудов гребного вала. Опять придётся выдумывать что-то! Детали таких размеров на заводе никогда не обрабатывались! Как-то придётся сразу с двух бортов действовать, что ли!.. Только вот как? Или бригаду пополам делить – половина на расточке, а вторая на подготовке?..
…Самое ужасное, что рассказанное дядей Колей и сложившееся в голове в чёрно-белое кино больше никогда не будет забыто.
Сергею Ильичу всю оставшуюся жизнь придётся жить… зная.
И так ему не хотелось знать!
Величественный швейцар в вестибюле «Астории» распахнул перед ними дверь, немного дрогнул большим белым лицом, увидев дяди-Колины сапоги, и пророкотал:
– Вас ожидают?
– Вроде и ожидают, – как-то сразу засуетился дядя Коля и уменьшился в размерах. – А мож, ещё не ожидают…
В эту минуту к ним из глубин ресторана, где было сильно накурено и скрипка играла румынскую музыку, приблизился высокий мужик. Салфетка была заткнута за ворот, и на ходу он её вытаскивал. Не дойдя до дяди Коли двух шагов, мужик раскинул руки:
– Папаня!
Швейцар принял у дяди Коли тужурку и отступил с поклоном.
Старик и высокий с размаху обнялись, близко посмотрели друг на друга и ещё раз обнялись.
– Ах ты, леший тебя побери, и не стареешь совсем, папаня!
– Зато ты раздобрел, сынок! Вот такой ведь был! – Дядя Коля показывал жёлтый скрюченный мизинец, призывая Сергея Ильича разделить его радость от того, что «сынок» раздобрел.
Высокий любовно похлопал дядю Колю по спине, и Сергею Ильичу показалось, что он едва удержал себя, чтоб не подхватить старика на руки и не понести в зал.
– А вы товарищ инженер, да? – Высокий сунул руку Сергею Ильичу. – Да уж мне папаня про вас порассказал! Толковый, говорит, вы! А у папани это первая похвала!.. Ну, пойдёмте, пойдёмте! Солянка стынет, я заказал, взял на себя смелость! Не знаю, как вы, товарищ инженер, а папаня солянку горяченькую очень уважает!..
И они направились к столу. Сергей Ильич шёл за ними, пытаясь сообразить, как он попал в такой… балаган. И что именно он станет рассказывать этому статному молодцу с маслеными губами?!
В этом ресторане Сергей Ильич не был никогда – он вообще не любил ресторанов и боялся их, словно опасался запачкаться, сделать что-то не то, оказаться в неловком положении.
Здесь было красиво и как-то… респектабельно, что ли. Высокие окна, начищенные паркеты, белоснежные скатерти, хрустали и вкусные запахи.
Столик оказался в углу, у самого окна – хороший столик, должно быть, просто так за него не сажают, только энкавэдэшников!..
– Ну, познакомимся, – сказал мужик деловито, как только они уселись и официант подал солянку и водку в запотевшем графинчике. – Колокольный Михал Михалыч, майор государственной безопасности.
