В осажденном городе Холмодол разворачивается драма выживания. Артобстрелы, голод и болезни косят жителей. Российское правительство отправляет гуманитарный конвой, но путь сквозь линию фронта опасен и непредсказуем. История о мужестве, надежде и цене спасения в условиях войны.
Раздел Chitat.online для книги «Девятый конвой» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В осажденном городе Холмодол разворачивается драма выживания. Артобстрелы, голод и болезни косят жителей. Российское правительство отправляет гуманитарный конвой, но путь сквозь линию фронта опасен и непредсказуем. История о мужестве, надежде и цене спасения в условиях войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Александрович Тамоников Литрпг подборки серии
В осажденном городе Холмодол разворачивается драма выживания. Артобстрелы, голод и болезни косят жителей. Российское правительство отправляет гуманитарный конвой, но путь сквозь линию фронта опасен и непредсказуем. История о мужестве, надежде и цене спасения в условиях войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Второй прошел чуть дальше и встал у танка «Т-72», закопанного в землю. Остальные «КамАЗы» тоже оказались на территории укрепрайона.
Им навстречу бежали ополченцы и гражданские, обступали машины. Российские водители улыбались, приветливо махали руками.
Один из них спрыгнул на подножку, и в глазах его мелькнула тревога. Он не увидел машины сопровождения, того самого «УАЗа», на котором, согласно инструкции, ему предстояло покинуть вражескую территорию. Обещали одно, на деле выходило другое?
В голове его мелькнуло озарение. Ведь сейчас он взорвется к чертовой матери вместе с этим долбаным холмом! Он спрыгнул на землю, а к нему уже подбегали возбужденные люди. Парень понял, что должен спасаться бегством. В туалет ему нужно! Он начал что-то говорить, но перед глазами уже скалилась загорелая физиономия ополченца.
Прием был поистине радушным. Ему врезали под дых, сбили с ног. Навалились двое, заломили руки, начали вязать. Схожую процедуру ополченцы применили и к остальным водителям. Кто-то бросился бежать, ему поставили подножку, и мнимый россиянин покатился по земле.
Водитель микроавтобуса сообразил, что их раскололи, запрыгнул обратно в кабину и даже начал движение. Но развернуться было негде, он оказался заперт между большегрузами. Его выволокли за шиворот и стали немножечко бить. Он сопротивлялся, пытался сбежать, но прекратил эти попытки, когда увесистый кулак основательно расплющил его нос.
Над окровавленным месивом склонился ополченец и сказал:
– Что, приятель, не ваш сегодня день, да? Радуйся, дурак, вами же пожертвовать хотело ваше мудрое руководство. Так ты хоть жив останешься… какое-то время.
К избитым водителям приставили охрану, заставили лечь носом в землю.
«УАЗ», отставший от колонны, пытался задним ходом выбраться из высокой травы. Разведчики, сидящие в нем, уже сообразили, что операция провалена. Но незаметно ретироваться им не удалось. Машина разворачивалась, когда по ней открыли огонь ополченцы, залегшие в засаде. Пули рикошетили от кузова, пробили колесо.
Первым из машины выскочил водитель, понявший тщетность всего происходящего. Его изрешетили свинцом. Двое с автоматами выпрыгнули на другую сторону, бросились в траву. Но и там их ждали. Захлопали выстрелы, взвыл раненый.
Второй повалился на землю, выбросил автомат, закрылся руками, закричал во все горло:
– Не стреляйте, сдаюсь!
Колонну с гуманитарным грузом, застрявшую на блокпосту, уже окружили ополченцы и гражданские. Молодой боец запрыгнул в головной «КамАЗ» и через мгновение выпал обратно, бледный как моль.
– Люди, бегите! Там взрывчатка, ее до хренища! Сейчас ахнет…
Ахнула толпа, отхлынула.
– Товарищи, внимание! – взревел голос, усиленный рупором. – Всем сохранять спокойствие.
