В Холмодоле разворачивается жестокая битва: артиллерийские залпы превращают ночную стычку в ад. Ветер дует резко и холодно, накрыв едким дымом целые улицы. Здесь каждое вздох можно прочесть как команду - готовься к бою или беги!
Вся честная компания была в масках, настороженно косила по сторонам.
– Документы! Куда направляемся? Кто такие?
– А чего так грубо? Ослепла ты, что ли, крыса тыловая? – не сдержался молодой боец. – Шары протри да посмотри еще раз!
Вспыхнула ругань. Пассажиры автобуса дружно начали возмущаться. Мол, кто вы такие, чтобы не пропускать бойцов, возвращающихся с фронта?! Сами-то там были или всю войну проторчали в тылу у дороги, шпыняя фронтовиков?! Мы что, похожи на дезертиров, бегущих по домам?!
Гвардейцы растерялись.
– У нас приказ! – прорычал старший патрульный. – Останавливать все машины и проверять документы и путевые листы! Вы что тут анархию разводите? Кто у вас старший? Предъявите документы!
– А что, кредит оформлять будем? – осведомился голубоглазый военный. – Ты еще денег попроси, придурок! У вас тут что, платная дорога?
– А ну-ка ша! – возвестил майор, поднимаясь с сиденья.
В глазах патрульного заблестел страх. Драться с озверевшими фронтовиками ему не хотелось, а народ в автобусе был уже на взводе.
Он помялся ради проформы и заявил:
– Хорошо, проезжайте. Но чтобы в следующий раз…
А вот эту фразу он начал совершенно зря. Народ угрожающе зароптал, люди приподнялись с сидений, пристраивая приклады под мышки. Бойцы национальной гвардии поспешили ретироваться. Зарычал грузовик, освобождая дорогу. Автобус протиснулся в образовавшуюся щель, поехал дальше, возмущенно постреливая выхлопами.
