Автор
В темном переулке, где каждое движение вызывает страх, девочка Беркут оказывается в ловушке. Лишь ее сердце знает о бегстве, но руки искрятся от ужаса. Мужчина в капюшоне напористо смещает её руки к центру опасного места, а она пытается держаться, словно притягиваемая силой неправильных решений....
Я-то и отвернуться могу, не смотреть и не гореть под его взором. Но не хочу. Просто не хочу уже отворачиваться.
Беркут властно тянется к моим губам в долгожданном касании. От такого великана ожидать необычайной мягкости и трепетности не приходится. Но… выходит именно так. Он словно касается моей души. Нежно… И так… это необъяснимо. Можно только почувствовать. Как будто мы одни друг для друга существуем в целом мире. Нет ничего и никого вокруг…
Он отстраняется первым. Дышит часто. Той рукой, которой он придерживал меня за затылок, мужчина уже собрал в хвост мои распущенные волосы и теперь медленно наматывал их на кулак.
Расслабляет пальцы и отнимает руку, перемещается к моим ногам. Ласково проводит ладонью по голени, а я вздрагиваю от простого касания.
Темный взгляд перетягивает мой растерянный взор.
– Боишься меня? – его глаза, так ярко сверкавшие всего минуту назад, теперь заволокло матовой поволокой.
– Боюсь, – ответ вышел еле слышным, как шелест тёплого ветра.
Я действительно страшусь своего решения.
Внутри творится что-то необъяснимое. Фонтан чувств и эмоций бьет по остаткам логики и приглушённым крикам рассудка только от одного вида крепкой, широкой мужской ладони на моей ноге.
– Яна, запомни. Ты всегда сможешь остановить меня. Если захочешь…
Мужчина наклоняется, едва касаясь жесткими губами кожи рядом с моей разбитой коленкой, и столько нежности в этом движении… он резко вдыхает воздух.
Как мы успели переместиться к нему в спальню и давно ли, я даже не могу себе ответить. Он пьянил меня своими касаниями и взглядами, наполненными восхищением. Несдержанными, окрыляющими, требовательными поцелуями. «Протрезвела» я лишь в тот момент, когда почувствовала на себе вес мужского тела и снова увидела татуировку хищной птицы, гордо и свободно расправившей крылья.
Я замерла и в панике уткнулась в его широкую грудь руками, немного отталкивая, а он в ответ чуть приподнялся на локтях.
– Что? – заглядывает в мои встревоженные глаза. Я чувствую, что он сам напрягается. Но вопрос задан спокойно. Без раздражения и нетерпения.
– Скажи мне… Как тебя зовут?
Глава 21
Беркут вновь наклоняется и расслабленно выдыхает мне в губы.
– Знаешь, порой мне кажется, что я начинаю забывать своё настоящее имя, – и вновь поцелуй. Не могу назвать его страстным, потому что он скорее чувственный, пленительный.
