Автор
В тени старого дома, я первыми услышала шаги. Его холодные пальцы касались подбородка, а слова изрекались безжалостно. Давид — имя моего палача, теперь он здесь, в этой темноте. Страх заставляет сердце биться чаще, и я понимаю, что не могу убежать от этого злого существа.
— Жаль, — повторил глухо, — мне жаль, что их не стало так рано. Но я в этом не виноват.
Развернувшись на пятках, я направился в детскую. Заглянул в комнату, успокоившись — Эмиль и Ясмин спали. Няня была отправлена на выходной, чтобы завтра весь день и всю ночь быть рядом с детьми.
Я еще раз внимательно посмотрел на Жасмин. Ее глаза горели, а грудь взволнованно вздымалась."
"Я понимал, что для всех моих желаний прошло слишком мало времени, но я все равно предвкушал, как следующей ночью мы вместе вернемся сюда, и Жасмин больше не сможет сделать вид, словно мы друг другу чужие.
Глава 30
Жасмин была красивой невестой.
Я убедился в этом на следующий день, когда зашел к ней, чтобы увести на церемонию. Нас уже ждали, в четыре часа состоится роспись в кабинете отца.
— Здравствуй, — выдавил глухо.
Красивая.
В белом платье.
Окончательно моя.
Моя жизнь кажется идеальной, несмотря на все дерьмо, что было и будет. Однако, на лице Жасмин ни единой улыбки. Румянец — и то искусственный, наложенный косметикой и рукой профессионала.
Густые ресницы взметнулись вверх — Жасмин стала разглядывать меня из-под полураскрытого взгляда. Стеснялась всего, что происходило вокруг ради нее одной. Но выбора не было.
— Привет, — тихий выдох.
Жасмин обняла себя за плечи, скользя тонкими пальчиками по белому шелку. Я уже окольцевал ее, сегодня осталось обручальное.
Внутри все ликовало.
Но только не у нее.
Я медленно вытащил из кармана продолговатую коробку и подошел к Жасмин, она почти не дышала.
— Что это?
— Свадебный подарок.
Всякий раз, когда я делал подарки девушкам, они смотрели на камни не менее чем восторженно. И скорее торопились нацепить побрякушки на себя.
В который раз убеждаюсь, что Жасмин другая.
На украшение с драгоценными камнями она смотрела как на кусок бесполезного камня.
— Это ни к чему.
— Я сам буду решать, — отчеканил строго.
Я разозлился.
Жасмин делала это по щелчку пальцев — поднимала во мне тихую ярость и заставляла быть грубым.
— Повернись. Я надену.
Она выполнила приказ и дернулась как от ожога, когда я поднял фату. Отвел тяжелые волосы в сторону, и прохладные камни упали на ее белоснежную шею.
Ей непривычно.
Я во всем был первый. Даже в подарках.
Это приятно.
Расправляю ее черные волны и разрешаю повернуться ко мне. Губы Жасмин не дернулись в подобие улыбки. Остались такими же строгими, но чертовски привлекательными.
