Автор
В тени старого дома, я первыми услышала шаги. Его холодные пальцы касались подбородка, а слова изрекались безжалостно. Давид — имя моего палача, теперь он здесь, в этой темноте. Страх заставляет сердце биться чаще, и я понимаю, что не могу убежать от этого злого существа.
Я и сам этого жду.
Ты не представляешь, как сильно я хочу остаться с тобой наедине.
— Скоро, — ответил хрипло. В глазах стояла ночь и Жасмин. Много ночей теперь впереди.
— Стойте! Стоять!
Я обернулся: Эльдар махал рукой, подзывая обратно в кабинет.
— Семейный снимок! Ты забыл, Давид?
Для отца это было важно. Сын женился, нужно запечатлеть. Снимок придавал большую значимость семье."
"Вернувшись, я усадил Жасмин на стул. Мы заняли передний фон, семья разместилась на втором ряду. Несколько вспышек ослепили глаза, готово.
Отцовская память.
Красиво, статно. Осталось создать семейное древо.
На территории особняка нас ждал фуршет и тысяча поздравлений. Гости, которых я не знал и подарки, которые бы на хрен мне не сдались. Это Рустам крутился в высоких кругах, а я не прочь свалить отсюда прямо сейчас, чтобы не принимать участие в этом блефе.
Роль отыграна. В качестве приза мне достаточно Жасмин, а остального не надо.
Начало сентября обошлось без дождей. Я был рад — не хотел, чтобы платье Жасмин запачкалось от мокрой травы.
— Как ты? — ловлю ее тусклый взгляд.
— Было бы лучше без этого маскарада, — выдыхает недовольно.
— Почему маскарад? Я вполне серьезен в своих намерениях.
Жасмин промолчала и в очередной раз осторожно прижалась ко мне. Она делала это всякий раз, когда к нам подходили незнакомые люди, и в этом случае я был благодарен им.
Принимаю поздравления от друга отца и сухо интересуюсь, как идут его дела в бизнесе. Это типичные вопросы, когда примерно знаешь, чем занимается человек.
Осматриваю территорию особняка: здесь человек двести без обслуги. Не меньше. И Жасмин рядом — жмется, ластится, не отходит от меня ни на шаг. Потеряется ведь, маленькая.
Я едва скрыл ухмылку.
Это было приятно.
Кайфовать от того, что я — и есть тот человек, к которому она ластится. Пусть и из своей выгоды. Из дурацких побуждений.
В день нашей свадьбы она искала у меня поддержку. И находила ее.
Когда на улице стемнело, и гости поостыли, я завел Жасмин в укромный угол. Спрятаться от чужих глаз вместе с ней.
— Как ты? Устала?
— Немного.
Я перевел взгляд на ее алые губы. Представил, как поцелую их, и они станут еще краснее. Цвета спелой ягоды.
Охренительно вкусной ягоды.
— Ты у меня такая красивая.
У меня.
— У тебя, — повторяет одними губами.
Жас вроде соглашается, но вроде — противится. К счастью, роспись и ее согласие все уже решили.
Да, эта девочка у меня.
— Хочу тебя поцеловать.
— Что?
Целую.
Сладко.
Горько.
