– В попу? – кое-как выдавила она, когда пальцы вернулись к губам, дав ей возможность говорить.
Её глаза распахнулись ещё шире. Хотя, казалось, куда уже.
Коваль недобро покачал головой.
– Анальный секс. Ты же слышала про такое. Или видео смотрела.
Вот теперь Катя захотела, чтобы он убрал руку от её лица.
– Ты… серьезно?
– Серьезнее некуда.
Катя закрыла глаза.
Волна за волной накатывали на неё.
Если он сделает то, что говорил…
А он сделает при желании. Даже если она будет его умолять, стоя на коленях.
Она замолчала.
В груди клокотала обида. Нестерпимая. Жгучая.
– Посмотри на меня.
Очередной приказ Коваля ворвался в сознание.
Катя ослушалась его, мотая головой.
– Посмотри, Катя."
"От его хриплого, властного голоса по коже побежали уже знакомые разряды искр. Они будоражили, обжигали. Пугали и приносили легкое волнение, то самое, которые последние недели трансформировали в обжигающую страсть.
Но что сейчас?.. Когда Коваль такой?
– Посмотри, я сказал! – он всё же заорал, и Катя испуганно распахнула глаза.
Лицо Руслана исказила яростная гримаса, говорившая, что он доведен.
– Сука! – прорычал он, сквозь сжатые зубы. – Я тебя ни ударить, ни наказать не могу! Вижу глаза твои и всё! Воробушек, я же тону в них! Долбанные океаны…
Её затрясло.
– Руслан…
– Что Руслан? Ты хотя бы представляешь, что со мной делаешь? Ты?!
Схватил, рванул на себя, вдолбил. Катя ощутимо больно врезалась в его грудь. Теперь они стояли. Сидушка кресла давила на ноги, подрезала. Катя вцепилась в плечи Руслана, чтобы не упасть.
Он – её опора.
– Не представляешь, чертова ты… – он осекся, его рука переместилась, собрала волосы Кати в пятерню, потянув назад, обнажая шею. – Я дурею от тебя, Ка-те-ри-на. Запомни это, маленькая. Запомни хорошо! Любого порву за тебя. И ты… Не буди во мне зверя. Тебе не понравится.
Катя, сверкнув глазами, подняла руку и толкнула Руслана в плечо. Толкнула сильно, желая, чтобы он её отпустил. Он даже не пошелохнулся.
Глыба мышц и силы.
– Ты что вообще говоришь, Генерал? С ума сошел… Я не могу… не могу даже мысли допустить, чтобы кто-то, кроме тебя… Мне ненавистна сама мысль о прикосновениях других, а ты… Я тебя ждала, я испугалась, я хотела, чтобы ты меня обнял! А ты рычишь и говоришь, что насиловать в попу будешь! Шикарно! Зашибись! Спасибо… Видимо, я только этого и заслуживаю – насилия.
Истерика застряла в горле, а перед глазами возникла пелена.
Руслан замер. Она, несмотря на собственное растрепанное состояние, это почувствовала.
