Автор
В темноте трассы, где обычно лишь сельская природа встречает возвращающихся домой, дед внезапно обнаруживает необычную картины — белое платье на обочине. Его сердце колотится так быстро, что кажется остановилось, но невольное вздрогнутое мгновение лишь усиливает странность ситуации. Девушка в белом платье лежит там, где не должно быть человека — и дед Семен на миг теряется в догадках, прежде чем решительным жестом снова развернуть машину....
Грубо, зато соответствует действительности. В нем многое настораживало. Его слова о том, что он даст ей время, потерпит — тем более. А что будет потом? Будет иметь её, не переставая? Когда и где приспичит?
Логично, по сути.
Катя вместо того, чтобы угомонить злость и агрессию, поднимающиеся в душе, ещё больше завелась. Зато проснулась.
— Ласкай себя.
Всего два слова, а Катю током прострельнуло. Вывернуло, в позвоночник точно штыри вонзили. Захотелось даже поерзать бедрами, убрать неприятные ощущения.
Ласкать, значит…
Ну что ж, товарищ генерал, ты удобно сидишь? Да? Тогда смотри.
Катя абстрагировалась. Заставила себя представить, что она одна. Совершенно.
Что нет стальных глаз, прожигающих её кожу. Нет гиганта-мужчины, пугающего её до чертиков своей мощью и силой желанья. А так же властью. Есть только она."
"Где ты хочешь сейчас быть, Катерина? У себя в проданном доме или в баньке? Да, в бане, на деревянном пологе, когда пар только-только начал оседать на коже, обжигая и доставляя первое удовольствие.
Ещё Кате нравились волоски на лобке. Мягкие, пушистые. Их постоянно хотелось трогать. играть, потягивать. Рука Кати задержалась на лобке. Секунда… десять… даже больше… И лишь потом скользнула внутрь.
Тогда кого? О каком мужчине она мечтает? Кто сможет покорить её тело и душу?
Молодой парень со смеющимися добрыми глазами. Мягкими, чуть полноватыми губами. Широкоплечий, но скорее худощавый. Невысокий, чтобы она могла привстать на цыпочки и прикоснуться к его губам. Очень добрый.
