Автор
Девочка закусывает нижнюю губу от волнения, пряча слезы. Она просит помолчать о своей увечности перед папой и боясь исключения из дома. Яркая мрачная атмосфера напряженности и жертвенности окутанной девочкой, стремящейся сохранить последнюю твердость в своем мире.
Мы доделали начатое, больше не касаясь темы Романа, но до самого ужина я так и осталась не в своей тарелке. Даже пирожки по рецепту бабули не смогли меня отвлечь.
* * *— Ого, чего это у вас так вкусно пахнет? — потянул носом Пётр Сергеевич за столом во время ужина.
— Пельмени, домашние, — ответила Наташа, накладывая их в тарелку своего будущего мужа.
— Домашние? — спросил Пётр, принимая свою порцию. — В ресторане, что ли, заказали?
— Нет, это Катя лепила, — сказала она, улыбнувшись мне. — А я помогала ей.
— Катя? — удивился Питерский-старший.
А Питерский-младший, кажется, подавился этим самым пельменем…
Так и застыл с ложкой в руках. Такой хмурый спустился к ужину — впрочем, ничего необычного. А как попробовал пельмени, так и стал наворачивать всю тарелку с ними один за одним…
Он покосился на меня, но ничего не сказал.
— А вкусные какие! — зато мои пельмени оценил Пётр Сергеевич. — Ой, мама дорогая! Давно я таких вкусных и домашних пельменей не ел! Да, Ром?
— …Угу.
— А Катя научила и тебя их лепить?
— Конечно, научила, — ответила я. — Ничего там сложного нет. Теперь Наташа и сама сможет вас порадовать такими же.
— Чудесно! Ну-ка, добавочки, девчонки!
Рома от добавки отказался, хоть и доел свою порцию. А потом Наташа принесла ещё теплые пирожки и поставила поднос с большим блюдом в центр стола.
— Катя тоже мастерила? — спросил его отец.
— Да, — ответила женщина. — С клубникой, представляешь? Достали замороженную! На, Ром.
— Не надо, — сказал он и резко встал из-за стола.
— Ты чего, сын? — поднял глаза Пётр.
— Ничего, голова болит, — отозвался Роман и почему-то зыркнул на меня. — Спать пойду.
— В семь вечера?
— Да пофиг.
Он развернулся и ушел в сторону лестницы.
— Пофиг, пофиг… — заворчал отец Ромы. — Ну и словечки у молодёжи…
А я опустила глаза в свою тарелку. Обидно. Он не стал их даже пробовать. Потому что я готовила. И пельмени бы не стал — просто не знал, что они тоже из-под моих рук.
* * *Следующий день выдался выходным, и в гимназию нам ехать было не нужно. Однако Пётр Сергеевич всё так же был ни свет ни заря уже в офисе, а Наташа куда-то уехала по своим делам.
Когда я около десяти, зевая, спустилась в кухню, чтобы выпить кофе, в доме никого не было кроме Романа, который с безразличным лицом щёлкал пультом телевизора. Он лишь немного повернул голову на звук моих шагов, а потом отвернулся обратно к экрану. Даже не поздоровался.
