Автор
Девочка закусывает нижнюю губу от волнения, пряча слезы. Она просит помолчать о своей увечности перед папой и боясь исключения из дома. Яркая мрачная атмосфера напряженности и жертвенности окутанной девочкой, стремящейся сохранить последнюю твердость в своем мире.
Девочка, я о тебе мечтаю…
От его такого неожиданного и красивого до боли в сердце признания я снова потеряла возможность управлять своим языком и молча смотрела в ответ.
— Надо было давно сказать, да я всё… Стеснялся кого-то. Но сейчас глупо выдумывать причины, ты ведь… И без того всё поняла.
Я лишь неловко кивнула, не зная, что на это всё отвечать.
Питерский признался в симпатии. Ко мне. Сам. Первый…
Я не могла себе это представить даже во сне.
— Прости меня тоже, — посмотрел он в мои глаза. — Совсем мне голову уже оторвало.
— Не нравится, — ответила я.
— Честно?
— Честно.
— Ты простишь меня?
— А ты меня?
— Кать, — спросил он, придвигаясь ближе. Он оказался снова вплотную ко мне, и меня это словно пьянило. Я боялась этой близости и так хотела её… Руки Ромы легли на мои бёдра и мягко сжали их. Горячие длинные пальцы обжигали кожу через ткань джинсов. — Я тебе нравлюсь?
Это вопрос совсем меня врасплох застал. Я никогда не признавалась в симпатии к парню.
— …Да, — еле выдохнула я.
— Правда? — спросил он так, словно я могла бы лгать о таких вещах. К тому же дрожали от происходящего мы оба, и он прекрасно тоже ощущает, как я волнуюсь и что я испытываю что-то схожее с его чувствами сейчас.
— Правда, — ответила я. — Ты… Я всегда чувствовала в тебе что-то большее, чем…
Договорить я не успела.
Рома дотянулся до моих губ и коснулся их своими. Не грубо, без давления, а наоборот — мягко, ласково, будто просил разрешения.
Все слова вылетели из головы, оставив место лишь этим новым для меня ощущениям и эмоциям, которые долбали по вискам так, что мне казалось, что ещё секунда — и бешеные птички внутри порвут меня вовсе… Его губы лишь бережно касались моих, словно боясь их осквернить, и это было так приятно, что я не заметила сама, как просто застыла в его руках, положив руки на его грудь, и позволяла ему целовать себя.
Звук хлопнувшей входной двери заставил нас отскочить друг от друга в разные стороны.
На кухне появилась Наташа с пакетами продуктов.
— О, доброе утро! — сказала она, складывая их на стол, а Рома принялся ей помогать.
Всё-таки он хоть и пацан ещё, но что-то мужское в нём точно доминирует.
