В доме, где сердце всегда переполнено любовью и немного сладким сожалением, случилось нечто невероятное. Дмитрий Федорович, хозяин большого поместья, обнаружил в своей чашке необычную жидкость — священный утренний глоток жизни. Этот момент приводит к драматическому исходу — чашка разлетается пополам, открывая двери в мистическую сказку о кровной связи двух существующих мирских тварей....
А профессионально сделанный ландшафт вокруг здания и начинающаяся за ним аллея поддерживали общий итальянский стиль.
В этом здании все номера были класса люкс и выходили балконами на реку, и ни одно из окон в корпусе не светилось. Слабо посвечивали приглушенные на ночь до тления фонарики вдоль дорожек, да немного более ярко горел фонарь над входом.
Он смотрел в ночь, прислушивался к звукам темнеющей реки, редкой несмелой перекличке птиц – где-то ухнула сова, плеснула рыбина и ушла на глубину, и постепенно стала отступать непонятная раздражительность, вытолкавшая его из постели.
Раз приказы, окрики и волевые усилия по изгнанию ненужных эмоций и мыслей не срабатывают, значит, надо достать из себя то, что растеребило, замутило душу и мысли, – увидеть, понять и вычистить вместе с этой темной мутью.
И Дима заглянул в свое ворочающееся глубинное недовольство.
«Ну, и в чем дело?»
Да ни в чем!
Все эти Нади, Вали, Тани, Кати одной денежно-расчетливой заинтересованности, одинаковости с лица, и даже при наличии интеллекта и изюминки, если повезет, все равно из одного болотца, все той же заинтересованности и с четкими следованиями правил по достижению цели.
И так всю его жизнь! Вот всю жизнь!
Он женился в двадцать два по окончании училища на севастопольской девушке Марине.
Они познакомились на кадетских танцульках в его училище."
"Севастопольские девушки, впрочем, как и барышни иных городов, в которых имелись высшие военные училища в те советские времена – не все, естественно, девушки, но большинство, – имели ту же целевую задачу, что и нынешние мармулетки, а именно: как можно удачней выйти замуж за хорошие деньги с перспективой на деньги большие.
Хорошие деньги в доисторические времена счастливого незнанием застоя светили только военным. Академиков, артистов, дипломатов и министров с их помощниками на всех не хватало, да у них имелись свои девушки, а для остальных – только военные.
Кадетские танцы в училище – это был верх экстрима! Который начинался взятием штурмом дверей, ведущих к будущему благополучию.
С таким же напором, азартом и ненавистью во времена глобального дефицита ломились в магазины за колбасой и сапогами.
Маменьками и папеньками доченьки города-героя затачивались с детства под одну жизненную задачу – «выйти замуж за военного!». С ясным видением и пониманием своего светлого будущего благополучия.
