В темной комнате лишь свет лампы на столе манит Полину к брату, который таит в себе секреты. Затем постучали — знак ожидания чего-то непредсказуемого. А вечерняя гостья раскрывает занавеску над загадочным событием, которое поворачивает обычную жизнь на ровном месте.
Я выполняю приказ и тут же чувствую, как его тело накрывает мое. Между бедрами становится горячо, его плоть становится слишком близко.
До безумия.
До нехватки кислорода в легких.
Рустам прав. Он заставит меня забыть. Никто больше не коснется меня, кроме него.
И вот я уже умоляю его, хнычу прямо в жесткие губы:
— Пожалуйста…
— О чем ты просишь меня?
Он словно усмехается, продолжая играть с моим телом."
"Умелые пальцы ласкают грудь, губы зацеловывают шею, щекоча и доводя до безумия. От удовольствия хочется закатить глаза.
И вот он делает это. Заполняет одним толчком. Почти. Ненамного. Начинает проникать, но тормозит и тем самым вызывает мой разочарованный вздох.
— Сделай это. Умоляю, — стону я.
— Хочешь, чтобы я тебя…
— Да, да! Хочу, чтобы ты меня…
Закончить я не успеваю. Тихо вскрикиваю, когда сильные руки переворачивают меня на живот. Рустам заставляет меня встать на колени. Свободной рукой упирается в поясницу, заставляя прогнуться в спине.
Выхода нет. Выбора нет.
Я послушно изгибаюсь, как ему того хочется. Как его это возбуждает. И тогда он рывком проникает в меня. С нами довольные стоны и выверенные движения, от которых прогибается кровать. Он не просто трахает, он овладевает всем: телом, разумом, мыслями.
На моих бедрах его пальцы. Впиваются почти до боли.
— Ты моя, Полина. Моя.
Не вижу его лица, но чувствую обжигающий взгляд затылок. Наши тела дергаются в такт. У меня глаза закатываются от его сладких поцелуев в спину, от проникновений — глубоких и ритмичных.
Я словно схожу с ума. Вместе с ним.
Он так долго этого хотел — получить меня. И все насытиться не может.
— Навечно моя, слышишь?
Говорит, что навечно.
А берет так, словно в последний раз.
Душу изматывает, волосы натягивает — ему так нравятся мои длинные волосы…
Еще одно движение, и он вынуждает лечь на спину.
Я без сил. Он — еще полон энергии.
Устал дико, взмок, а все равно подхватывает под колено, ноги безвольные разводит и в меня врывается.
Как безумный.
Совсем голову теряет.
— Не отпущу, — обещает устало.
Глаза закрывает и в шею в мою зубами впивается.
Разрешаю. Поднимаю голову, предоставляя доступ к нежной коже. А сама глаза закрываю… не от усталости. От удовольствия.
Хотя от усталости тоже.
Рывок, еще один… хриплый стон, кожа к коже. Мурашки по телу разгоняются в такт его финальным толчкам. Он впивается в мои измученные губы, в израненные им же.
