Внутри жжет, горит. Давление невыносимо. Облизываю пересохшие губы. Новый заход члена выбивает воздух из легких и я понимаю, что кричу:
То ли мольба, то ли обвинение. Меня пугает бешеная стихия, заключенная в этом мужчине. Опасном. Жестоком. Я сгораю под ним, рассыпаюсь под неистовыми толчками и отчаянно кайфую от того что вытворяет со мной. Абсолютное безумие…
Мои стоны и всхлипы порочные, пошлые, но ничего не могу поделать. Выгибаюсь под ним, издаю стон за стоном, как одуревшая от похоти самка.
Он везде. Сверху, внутри. В голове. Уже ничем не вытравить. С каждым ударом ближе. Мы – единое целое. Теперь уже не разлепить…
Кажется, что сильнее ощущений быть не может, но Ериханов просовывает руку между нашими телами, начинает ласкать там, где член бьет в меня, раскаленный, неудержимый. Подушечка пальца нажимает на самую чувствительную точку и наслаждение становится запредельным. По телу пробегает электрический разряд, до самых кончиков пальцев на ногах. Веки опускаются, выгибаю шею, хватаю ртом воздух, захлебываясь. Наши тела покрыты испариной, скользкие, мокрые. Шлепки плоти о плоть разносятся по комнате, влажные, громкие. Ужасно неприличные, но стыд уходит на десятый план.
Сейчас я сосредоточена на ударах мощного тела, каждый из которых подталкивает меня к бездне. Движения Давида с каждым разом жестче, неистовее. Он вдруг отстраняется, руки стискивают мои лодыжки. Разводят мне ноги максимально широко, проникая еще глубже.
Нависает ближе, теперь мои ступни буквально рядом с головой. Я и подумать не могла о такой позе. То есть, для меня подобное упражнение знакомо, я ведь много занималась, растяжка отличная. Но в связи с сексом о таком не думала. Давид гнет меня как резиновую куклу. Так я чувствую его в себе еще острее. Сгораю под его раскаленным телом, плавлюсь, почти не могу дышать. Он не просто внутри, Давид заполнил каждую клетку моего существа… Я настолько поглощена им, желание настолько сильно, что больше ничто не имеет значения.
Его губы накрывают мои. Целуют нежно, лижут. Словно пытаются загладить вину за то что его тело так жестоко, беспощадно имеет меня. Но мне нравится то что он делает, врать себе бесполезно.
Ериханов выдает короткое ругательство, продолжая двигаться быстрее, яростнее в своей жажде освобождения. Горячий спазм сжимает мое тело. Жгучие языки пламени проносятся от затылка по позвоночнику. Оргазм нападает бешеной лавиной, тело подкидывает, выгибает, я ору во все горло. Это почти невозможно вынести. Настоящий полет в бездну.
