В руки Карделии попал свиток с красной печатью. Мачеха верила в силу этого контракта и магии, описываемой его словами. Пергамент издавал легкий аромат древности, будто каждый захваченный текст скрывал тайны прошлого.
Правда, говорят, что во время инициации боль еле ощутима, а девушка всегда получает удовольствие. Наверное, те девушки не спали со своими наставниками. Ах да, Натаниэль же рассчитывает, что это будет не единственная наша близость. Но ведь главное – сохранить дар. А цена не так уж и высока. Дар для меня важнее всего на свете.
– Ужасно, – согласился профессор, вновь подходя ко мне. – Поэтому нам нужно сделать все возможное, чтобы и тебя не постигла такая же судьба.
– Что ты планируешь?
– Подготовлю ритуал. После перемещения наденешь новый артефакт.
Похоже, времени будет даже больше, чем нужно на инициацию. Но, наверное, мне грех жаловаться. В конце концов, за дверью не стоит очередь из желающих мне помочь.
Раздался стук в дверь, прерывая разговор. Люси принесла мою одежду. А передав её, сразу удалилась.
– Просушишь?
– Конечно. Это платье привлекает лишнее внимание. Хотя, – подмигнул, забирая из моих рук одежду, – ты в нём невероятно соблазнительна.
"– Спасибо, – не смогла даже улыбнуться. Мне редко говорили комплименты по поводу внешности, но сейчас они не льстили.
После того, как просушил одежду, Дюпон дал мне время, чтобы переодеться. Тянуть не стала, тем более была только рада избавиться от откровенного наряда. А когда вышла, Натаниэль сразу повёл меня прочь из комнаты. Переместить меня сейчас он не мог, но намеревался договориться о том, чтобы меня не пытались выгнать из комнаты.
А праздник в трактире продолжался. Гости‚ большей частью перебравшие алкоголя‚ голосили, кричали, смеялись. Так громко, что закладывало уши и перекрывало звучание музыки. Трактирщик, судя по выражению лица, просьбе мага не обрадовался, но деньги принял без вопросов.
– Возвращайся в комнату и дождись меня, – наказал Натаниэль, вручая мне кошелёк с деньгами. – Ужин закажи в номер.
– Хорошо, – не стала спорить, а кошелёк сразу спрятала в карман.
– Молодец, – он сжал мою ладонь на прощание, прежде чем отвернуться и скрыться за дверями таверны.
Вокруг царило веселье, люди танцевали, веселились. А я никогда не чувствовала себя столь одинокой и несчастной, как в этот момент. Даже человек, которому я верила, кому была безмерно благодарна, выставлял условия, пользовался моим сложным положением, чтобы получить желаемое. Можно ли кому-то верить в этом мире?
– О чём задумалась? – талию обвила мужская рука, а уха коснулось горячее дыхание.
