В руки Карделии попал свиток с красной печатью. Мачеха верила в силу этого контракта и магии, описываемой его словами. Пергамент издавал легкий аромат древности, будто каждый захваченный текст скрывал тайны прошлого.
– Судя по твоему лицу, друг тебе не особо помог. Может, он не такой уж и хороший друг?
Вся злость, досада и горечь вспыхнули в груди ярким пламенем гнева.
– Да что ты об этом знаешь?! – я резко развернулась к Маркусу, ударила его ладонями в грудь.
Правда, он даже не пошатнулся. А когда попыталась оттолкнуть его второй раз, перехватил мои руки за запястья и развёл их в стороны. Уже не впервые залюбовалась им. Маркус был привлекательным мужчиной, интересным. А его наглость и самоуверенность располагали.
– Тише, злюка, я тебе ещё не сделал ничего плохого. За лужу, я уже извинился, – он обезоруживающе улыбнулся.
Мой запал пропал, а с губ сорвался нервный смешок.
– За поцелуй извинюсь потом. Может быть.
– Поцелуй?
Он дёрнул меня к себе, так стремительно, что я налетела на его твёрдую грудь. Секунда и я оказалась в тисках мужских рук, а в мои губы впились жёстким поцелуем. Порывистым и наглым, что на долгие мгновения я забыла, как дышать, ошарашенная происходящим. А Маркус воспользовавшись моим замешательством, оттеснил меня назад, чтобы прижать всем телом к стене и углубить этот волнующий поцелуй.
Этот поцелуй был другим. Не было смущения или неловкости, лишь жар и томление, нарастающие в теле с каждым мгновением. Да и Маркус не давал опомниться. Целовал напористо, покусывал губы до сладкой боли. И только когда он оторвался от меня, я в полной мере осознала, что сейчас произошло. Совершенно незнакомый человек поцеловал меня. И я ответила.
– Раз мы выяснили, что я тебе нравлюсь, – он провёл подушечкой большого пальца по моим припухшим губам, а вторая ладонь легла на плечо поверх печати обета.
Глава 11
Карделия
– Зачем тебе мои проблемы, Маркус? – устало вздохнула, отведя волосы от лица ладонью.
Когда же этот длинный день закончится? И ведь ещё не скоро удастся отдохнуть. Наверное, стоит подняться в комнату и хотя бы попытаться поспать. Пусть и не уверена, что удастся заснуть. Тяжелые думы не позволят.
