Вершина высокого здания служила тайным убежищем для девушки без сердца. Мир за окном казался бесконечной суетой, но каждое возвращение к своему рабочему месту открывало новые уголки города — спокойные уголки среди шума и движения, где она чувствовала себя наиболее естественно....
— Немного уже получается.
— Вот и прекрасно, — поддержал нас обоих Руперт. — Если нужна будет помощь — зови, мы его подержим.
Мы рассмеялись. Даже комиссар довольно пофыркал, не говоря уже об Эндрю, которого первый раз за все время прорвало. Вроде бы ничего смешного не прозвучало, но сплоченность — еще одна черта тех людей, которые работают под началом комиссара Джорджа Артура.
В прозекторских было тихо. За стеклами кипела работа, и мы не стали входить туда, где колдовали над трупом, просто я постучала, вызывая к нам моего заместителя.
"— Ну, что я могу сказать, — начал он, кивнув нам всем на ходу. — Девушка умерла от удушения примерно в шесть тридцать вчерашнего вечера, следы на шее соответствуют слепкам, снятым с рук задержанного. Про биологический материал не скажу — руки он вымыл. Органы и конечности у погибшей изъяты посмертно, спустя примерно час-полтора, точнее скажу позже. Капитан, если хотите сами…
— Спасибо, Гордон, — перебила я, — я полностью доверяю вашим знаниям.
Еще бы мне не доверять, когда именно он был моим наставником и учителем. Быть бы главой лаборатории ему, да только Гордон Курт был ученым до мозга костей, а не администратором.
— По следам крови, оставленным на месте, может ответить Кэйтлин, — Гордон кивнул на сотрудницу, занятую в прозекторской, — она выезжала с группой экспертов, но если коротко: они полностью соответствуют следам, которые могли остаться при ампутации рук и изъятии сердца. Труп не перемещали.
— Который мы не нашли, — мрачно сказал Стивен, — как и руки. Ребята сейчас смотрят камеры, не может быть, чтобы он прошел незамеченным.
— То есть в здании руки так и не обнаружили? — удивился комиссар.
— Впечатление, что руки он положил в пакет сразу же, как только ампутировал, но куда он их дел? Собственно, сердце тоже лежало в пакете, но он потом порвался, а кровь успела натечь и потому так обильно капала. Интересно, что она не свернулась.
— Мы проверим еще насчет крови, — пообещал Гордон. — Сердце однозначно принадлежит потерпевшей.
— А что с руками? — спросила я. — Кость отпилена?
— Вот это самое интересное. Нет, кисти ампутированы по суставам. Да и сердце изъято как будто хирургом. Откуда у ректора Академии такие познания?
— Надо бы у него это спросить, — произнес комиссар. — Что-то еще по первоначальному вскрытию?
— Да в принципе нет, — пожал плечами Гордон.
