В ночной больнице трое дверей закрылись, оставляя одну девушку в скромной кладовой. Свет мигал, смешиваясь со стуком машин и шорохом бумаги. Это место стало для Вики домом, хотя она ни разу не появлялась в белых одеждах с особым уважением к пациентам. Ночная смена оставила на ней лишь холодный след, но эта одна дверь и один коробок стали ключами к её внутреннему взрыву мыслей и эмоций....
– Здравствуйте, – поздоровалась она с вышедшим из-за ширмы врачом, – мы на УЗИ.
– Да, да, проходите, Егор Дмитриевич предупредил, – приветливо улыбнулся доктор. – Меня зовут Игорь Петрович.
Он подвел визитеров к кушетке, стоявшей возле аппарата и загороженной от остального кабинета ширмой.
– А меня зовут Степан, а Егор мой папа! – сообщил в ответ Степка.
Вика подняла глаза к потолку, она совсем не удивится, если сын, оповестив предварительно всех людей, расскажет всем кошкам и собакам в округе, что Егор его папа.
– Ты на него похож, – поддакнул ребенку Игорь Петрович. – Снимай обувь и ложись сюда на живот.
Вика, помогая Степке снять ботинки, спросила:
– Егор Дмитриевич сказал вам, что мы хотим обследовать?
– Да, я объяснил, – раздался голос Егора.
Степка молчал, пока его обследовал врач, выполняя распоряжение папы лежать тихо.
– Смотри сам, Егор Дмитриевич, – показал на экран доктор, ведя аппаратом по спине Степика. – Совершенно здоровые почки, никаких патологий и отклонений, я бы сказал: идеальные.
– Вижу, – согласился Егор и обрадованно похлопал врача по плечу: – Игорь Петрович, сделай мне снимки и описание."
"– Обязательно! Я тебе занесу.
– Спасибо.
Вика вытерла Степкину спинку, поправила на нем одежду и помогла обуться в ботиночки.
Она старалась ни на кого не смотреть, пряча еле сдерживаемые, рвущиеся на свободу слезы облегчения.
Где-то в глубине души она боялась: «а вдруг?..» замирало холодком под ложечкой. Она уверяла себя по миллиону раз в день, что Степка здоров, ну, а вдруг…, может, небольшое недомогание, положили же его в больницу! Да к черту недомогание! Она так боялась, что совершает непоправимую ошибку! Вика засунула этот предательский страх поглубже, чтобы не мешал видеть реальную картину, но он прорывался паникой, застилавшей мозг, стучал ужасом в голове – а вдруг!
Ведь никто с того момента, как она подслушала тот разговор в туалете, и до сей минуты не сказал ей четко и с полной уверенностью: «Ты права, ребенок здоров, и все, что происходит, не плод твоего больного воображения!»
Вике никто до конца так и не поверил! Ни мама, ни Олег Николаевич, ни Егор, ни даже этот суперчекист!
Ей срочно надо побыть одной! Немедленно!
Хоть пять минут!
– Егор, где здесь туалет? – спросила она, прилагая максимум усилий, чтобы контролировать голос движения.
– Идем ко мне в кабинет.
Егор открыл дверь, пропустил Вику вперед.
– Ты подожди нас здесь, – сказал он с порога.
