Автор
В мире, где звуки становятся образом, девушка из песни становится не просто объектом восхищения, а символом глубоких человеческих переживаний. В каждой мелодии она растворяется и возвращается, создавая неповторимую атмосферу любви, смерти и трансформации.
– Раз уж ты не пытаешься его прятать, Вайолет, он может входить через парадную дверь, как все остальные.
– Линн, мы это уже обсуждали, – вмешался папа. – Они друзья. Так уж они привыкли. Верно, тыковка?
– Да, – ответила я, не добавляя, что в те несколько раз, когда Миллер приходил через дверь, то становился либо свидетелем их ссоры, либо их мрачного настроения. Унизительно для меня и неловко для него.
– В любом случае, – продолжила я, – он так же переживает о моей работе с миссис Уитмор. Потому что он хороший человек.
Мама пропустила это мимо ушей, но ее взгляд явно давал понять, что разговор об «этом Миллере» еще не закончился.
– Когда приступаешь? – поинтересовался папа.
– На этой неделе. По вторникам и пятницам.
– Так быстро. Что ж, я тобой горжусь, – сказал папа. – Из тебя выйдет отличный врач, а волонтерство станет прекрасным дополнением к заявлению в колледж.
– Спасибо, папочка.
– И на этой ноте… – Мама разгладила салфетку на коленях. – Учитывая начало учебного года, было бы неплохо рассмотреть несколько возможностей получения стипендии.
– Ради всего святого, Линн…
– Что? Она лучшая в своем классе. Бесспорная кандидатка на прощальную речь на выпускном. Почему бы ей и не получить награду за свои старания?
Я по очереди взглянула на них обоих.
– Мне нужно подавать заявление на стипендию?
– Нет, – твердо ответил папа, резко обрывая маму на полуслове.
Она резко захлопнула рот.
Желудок внезапно превратился в камень. Предложение родителей оплатить мое обучение в колледже, даже в медицинской школе, было самым драгоценным подарком в моей жизни.
– Все в порядке? – спросила я.
– Все отлично, – заверил папа, сердито глядя на маму. – Никакая стипендия тебе не нужна. Мы обещали, что все оплатим, значит, так и будет. Разве не так, Линн?
Мама твердо встретила его взгляд.
– Как скажешь, Винс.
– Так и скажу. И я опаздываю на работу. Хорошего тебе первого дня, дорогая.
Я повернулась к маме, боясь задать вопрос и одновременно страшась ответа.
– Мам?..
Она помешивала кофе.
– Не надо меня спрашивать, спрашивай у отца.
– Он мне не скажет. Вы мне никогда ничего не говорите. Просто орете друг на друга. Теперь и перед моими друзьями тоже.
Мама отхлебнула из кружки. Я сжала руки под столом.
– Мама, пожалуйста. Я хочу стать хирургом.
