В Девушке не нашего круга начинается история нескольких жизней, взращенных различными повседневными житейскими поворотами в России и за ее пределами. Начало - сердцевина Москвы осенью 1998 года, когда даже радость беременности не может омрачиться тяжести. Книга исследует границы между людьми, которые к этому моменту уже обрели своеобразный кодекс: кто идет, кто сидит, а кто, казалось бы, никогда не виделся друг с другом....
– А второй?
– Аркашка Сопелин? Его освободили, по УДО.
– Освободили?! И где он?!
– Здесь, у нас живет, в городе. Я его даже видывал пару раз. Пьет он вдумчиво.
– И я могу с ним встретиться?! – воскликнул молодой человек.
– Сможете, – усмехнулся экс-следователь. – Если он в товарном виде будет. Постарайтесь его в первой половине дня застать, да пивка принесите. Тогда, может, и разговорится."
"Под конец разговора Артем попросил собеседника попозировать. Тот отнекивался и говорил, что он не в форме, – но предложение сфотографироваться ему польстило.
* * *С Сопелиным Артем постарался встретиться утром – как и наказывал старый следователь. И пивка тоже купил – огромную (на его собственный взгляд) пластиковую двухлитровую бутыль.
Сопелин проживал не в собственном доме, а в квартире – в том микрорайоне, казацких Черемушках, где во дворе молодой человек ранее разговаривал на детской площадке с чернявой журналисткой.
Жилище располагалось на первом этаже, но именно в этой квартире, единственной в доме, не было решеток, а одно из окон – разбито и подклеено скотчем – явный признак бесхозяйственности и/или алкоголизма. Звонка также не обнаруживалось, а дерматин, коим некогда, в более благополучные времена, обили входную дверь, теперь был изрезан, обожжен, и вата из него торчала клоками.
Молодой человек постучал в косяк костяшками пальцев. Через минуту открыли. На пороге стоял типичный «синяк»: сатиновые трусы по колено, майка-алкоголичка, испитое лицо, всклокоченные волосы. От него (и от квартиры) несло застарелым алкогольным духом, куревом и противной кислятиной.
– Что надо? – пересохлым ртом спросил он – вроде бы нелюбезно и вызывающе, но в глубине его глаз плескался страх: а вдруг пришел по его душу участковый, или разъяренный сосед, или кредитор?
– Пивка тебе принес, – радушно молвил Артем и достал из пакета бутыль.
– Заноси, конечно, – отвечал алканавт и посторонился, – но ты кто?
– Мы с тобой третьего дня во дворе познакомились – забыл? – вдохновенно соврал молодой человек. – Ты мне адрес свой сказал и в гости приглашал.
– Когда с подарком приходят, тут завсегда рады.
