Теплая весна сменилась холодными дождями осени, и один день тоскливо-жизненного пути оказался слишком длинным. Девушка не могла ждать автобуса, устала от холода и одиночества. В туманной мгле она шла домой пешком, а сердце ее болело от незримых страхов и надежд.
Нет, он не накинется на него сразу — совесть в подростковом возрасте еще частенько спит… но страха и нежелания отвечать придурок хлебнет по полной. А тварь затаится в его ауре и вернет свое сполна лет через… через много. Когда проживший жизнь взрослый человек сполна осознает, что он натворил. Когда разбившийся молодой идиот будет приходить в его сны каждую ночь…
И не к нему одному. Та девочка, ради которой все это затеяно. Те дети, которые просто смеялись, ни о чем не думая, те учителя, что упустили…
На каждого найдется своя тварь.
Он уже шагнул в пустоту, глупый мальчишка. Почти шагнул.
И эта странная метка… почему она мерцает?! Она сбивала с толку и туманила разум. Меня пронзило таким диким ужасом, что не передать. И разорвало на две истекающие кровью части. Одна из них кричала и рвалась остановить безумие, а вторая… Вторая застыла в отчаянии с одной мыслью — я не могу снова рисковать Миком. Я не могу подвести его!
А дальше случилось то, чего я никак не ожидала: Мик резко дернулся в руках и резко скомандовал:
— Останови его! — и когда я в шоке застыла, прикрикнул: — Ну же! Быстрее!
Я рвано выдохнула, резко задавила сомнения и прыгнула к парапету:
— Стой, идиот!
Схваченный сзади за странный серебристый комбинезон подросток вскрикнул и упал.
— Что, не нравится?! — свирепо спросила я, наклоняясь над распростертым пацаном и откидывая капюшон скрыта.
— По морде ему дай, — посоветовал Мик. — Хорошо в себя приводит. Может, сумеет сам рассеять скверну.
Мальчишка таращился на меня перепуганными, но уже живыми глазами с пола и не мог даже звука из себя выдавить, а все призрачная тараканья свора скверны, что свила гнездо в его душе, вдруг вскипела неприятной зеленовато-серой пеной и выплеснулась в ауру.
— Мик! — не знаю, чего было больше в этом крике — страха, мольбы? Просто я знала — он мне нужен, именно сейчас, именно здесь и вот так… странно. Нужна его поддержка, его… единение?
Парень продолжал извиваться подо мной, когда я все же поймала его лицо в ладони, сжала, и… поцеловала. В лоб.
