Автор
Ничто не указывает на начало или конец этой ночи, лишь тягучая пена волн свидетельствует о проходящем временном потоке. Вдоль темной реки шагает девушка в синих платьях, среди ночного леса ее фигура – живой символ спрятанности и непостижимости.
– Я все проверяю, сударь. Да, в таком шкафу вполне можно спрятаться. – Амалия вылезает из шкафа, поудобнее вешает сумочку на руку и улыбается. – Мсье Дюперрон!
– Да?
– В каюты Рейнольдса, Жюли и Буайе, а также в салон поставьте какую-нибудь мебель. Кровати, шкафы – что не жалко. Это не так уж важно, но для чистоты эксперимента хорошо бы сделать.
– Я распоряжусь.
Дюперрон бледен и немного нервничает. Отдаст ли «Любимая» тайну, которую так ревниво оберегала десять лет? Но почему-то он верит в баронессу Корф, в ее упорство, в ее целеустремленность.
Видаль привел дублеров, которым обещали очень хорошо заплатить. Актеры делают вид, что им все происходящее не в новинку, но на самом деле им жутко любопытно, что же тут творится.
– Мадемуазель Рене, верно? Вот пеньюар, прошу вас переодеться, и приступим, – бросает баронесса.
Бриссон, Видаль и Дюперрон садятся кто куда: Дюперрон – на кушетку, остальные – на стулья напротив окна. Дублер Рейнольдса прислоняется к шкафу.
– Сначала проверим версию о несчастном случае. Вы уже знаете, что вам надо делать? Начинайте!
Мадемуазель Рене улыбается, забирается на стул, с него перелезает на стол и пытается сесть на окно спиной к воде. Голова не помещается, и ей приходится высунуться с плечами наружу.
– Но в ту ночь яхту сильно качало, – напоминает до того молчавший Видаль. – А сейчас мы стоим на якоре, и вода спокойная.
– Мадемуазель Рене! Расскажите нам ваши ощущения.
– Сидеть довольно удобно, – докладывает дублерша.
– Попробуйте заняться прической в таком положении, – советует Амалия настолько медовым голосом, что Бриссон настораживается, а Дюперрон резко распрямляется.
Мадемуазель Рене пытается повиноваться, но ей неудобно. Голова вне каюты, а руки внутри, окно недостаточно широко, чтобы запросто вытаскивать из волос шпильки – для этого приходится двигать локтями, а для локтей-то как раз маловато места…"
"– Сударыня, – не удерживается Дюперрон, глядя на баронессу, – вы гений!
– Итак, версия доктора Морнана отпадает, – резюмирует Амалия.
Увы, у мсье Жерара ничего не получается.
