Автор
Ничто не указывает на начало или конец этой ночи, лишь тягучая пена волн свидетельствует о проходящем временном потоке. Вдоль темной реки шагает девушка в синих платьях, среди ночного леса ее фигура – живой символ спрятанности и непостижимости.
Баронесса поцеловала сына в голову и быстро вышла из комнаты…
В то время, когда Александр читал письмо, дошедшее до него через десять лет после гибели любимой женщины, Луи Дюперрон велел шоферу остановить машину возле бедного, довольно обшарпанного дома. Затем он справился у консьержки, где живет мадемуазель Матье, поднялся на последний этаж и постучал в дверь.
Ему открыла невысокая хорошенькая девушка с нежным лицом. Она смеялась, обернувшись к кому-то, кто стоял в коридоре, но в ее больших глазах сквозила неземная грусть.
– А вот и Гюстав! – весело вскрикнула она, не глядя на посетителя. И тут же спохватилась: – Нет, это не Гюстав! Вы к кому, сударь?
Луи Дюперрон собрался с духом.
– К тебе, – сказал он. – Я тут навел кое-какие справки, и… В общем, похоже, я твой отец.
Девушка смотрела на него, не понимая. И вдруг бросилась на него, несколько раз стукнула его кулачком в грудь, крича и сверкая глазами:
– Вы мерзавец! Как вы могли меня бросить, как?!
Потом сползла по стене на пол и разрыдалась.
"– Это долгая история, – ответил Дюперрон. – Очень долгая. Понимаешь, она не хотела, чтобы ты повторила ее судьбу. А я… я просто ничего не знал. Меня нарочно услали с глаз долой, и мне никто ничего не сказал.
Он помог девушке подняться.
– Ничего, Мадлен. Я думаю, мы еще успеем обо всем поговорить…
В первом часу ночи Пьер Видаль вернулся домой. Рука, перевязанная врачами, болела, шишка на голове ныла, но в общем и целом журналист был доволен собой.
Он закрыл дверь, прошел в комнату, зажег свет и улыбнулся рисунку, который висел напротив его кровати. На рисунке была изображена молодая женщина в огромной шляпке. Теперь, при свете, стало заметно, что рисунок когда-то был порван на две части, но потом тщательно склеен.
– Я нашел ее, Жинетта, – негромко проговорил Видаль, обращаясь к рисунку. – Нашел ту, которая тебя убила. Теперь ты можешь спать спокойно.
Он поднял здоровую руку и послал портрету воздушный поцелуй.
Когда-то, еще до того, как стать журналистом, он работал суфлером в театре. Там и встретился с Жинеттой, которую полюбил раз и навсегда. На всю жизнь. И ничего не мог изменить тот факт, что актриса быстро охладела к нему. Что, может быть, вообще никогда его не любила.
Со времени ее смерти он сильно изменился. И потом суфлер – такой человек, который мало кого интересует.
