Вот уж точно с кем я не собирался делиться, так это со всякими великими.
— Ладно, Константин, можешь идти, пока я не раздумала.
Низко поклонившись, я отступил на шаг и вывалился обратно в привычный мир.
Офицеры подошедшего Тобольского полка были крайне удивлены, найдя на батарее живых. Они совершенно не ожидали, что кто-то может уцелеть в окружении войск Фридриха и уж тем более сохранить орудия. Вот только солдатам пришлось растаскивать трупы пруссаков, чтобы пробиться к нам.
Саблина, пребывающего в беспамятстве, унесли в госпиталь. Сидорова я послал к Корсакову — нужны были лошади и люди, чтобы вывезти орудия. Васька разжёг костерок и взялся варить кашу. А я сидел на бруствере и смотрел вдаль, совершенно ни о чём не думая. День выдался, на мой вкус, слишком тяжёлым, и даже вспоминать его не хотелось.
— Зря вы так, Константин Платонович.
Рядом со мной сел Киж, появившись из ниоткуда.
— Вы обещали, что я возьму Фридриха в плен, запретили мне его убивать. А сами взяли и застрелили его. Нечестно, Константин Платонович, даже обидно.
— Так получилось, Дмитрий Иванович. Я, честно говоря, думал, что тебя уничтожил маг.
Киж возмущённо фыркнул.
— Не родился тот колдун, что со мной справится. Только коня нового пришлось искать да мундир порвался.
Воровато оглядевшись, Киж придвинулся и шепнул мне на ухо:
— Константин Платонович, есть срочное дело.
— Нет, вы должны сами посмотреть. Тут недалеко, минут десять всего. У меня и лошадь для вас есть.
— Даже ещё быстрее обернёмся. Обещаю, вам понравится.
Я прикинул, полчаса у меня точно есть. Сидоров раньше и не вернётся с лошадьми.
— Уговорил. Съезжу посмотрю, что там у тебя срочного.
Предупредив Ваську на случай, если задержусь, я пошёл с Кижом. Рядом с соседним редутом и правда стояли две лошади. Мы спустились с холма и через поле поскакали к лесу.
Углубившись в чащу, Киж привёл меня к зарослям колючего кустарника.
— Сюда, Константин Платонович, тут проход есть.
Спешившись, я прошёл за ним, пригибаясь и стараясь не зацепиться рукавами за ветки.
Мёртвый поручик указал на спрятанную в зарослях карету. Экипаж был странный — без окон, угловатый, с дверью, обитой железными листами.
— Что это? Поймал в плен какого-нибудь генерала?
— Вы посмотрите внутрь, сами всё поймёте.
Распахнув дверцу, я поднялся на ступеньку и заглянул в карету. Никаких сидений там не было, а вместо них стояли четыре сундука и какие-то ящики. Подняв крышку одного из них, я даже присвистнул. Серебро! Прусские рейхсталлеры.
