Я вовсе не за деньги работала, честное слово!
— Александра, сколько раз вам повторять, что меня надо слушаться беспрекословно? Я сказал «взять», значит, вы берёте, говорите спасибо и идёте с кошельком к себе.
— Но я не ради денег, Константин Платонович! Я ведь и так на полном пансионе…
— О господи! Александра, сколько можно со мной спорить? Во-первых, у вас есть сёстры, и вы можете помочь им с приданым. Во-вторых, Марья Алексевна грозится отвезти нас осенью на бал в Муром. Прикажете мне ездить по магазинам и покупать вам всякие веера и ленты? Сами, моя дорогая, сами себе купите. Вы уже взрослая девица и можете разумно распорядиться деньгами. Ещё есть вопросы?
— Нет, — пискнула рыжая, цапнула кошель и вылетела из комнаты.
Следом я вручил такую же сумму Боброву. Ну а что, соратников надо награждать и материально стимулировать. Про глаз я ему не стал пока говорить, чтобы не обнадёживать раньше времени.
Только с Таней вышла проблема — девушка напрочь отказалась взять деньги. Она даже и представить себе не могла такую сумму, не то чтобы видеть. Дошло чуть ли не до слёз, представляете? После долгих уговоров, мы с ней нашли решение: деньги она отдаст на сохранение Настасье Филипповне и будет брать по необходимости.
— А можно, — Таня шмыгнула носом, — я цукаты на них куплю в Муроме?
— Ох, горе ты моё, конечно, можно.
Я притянул девушку к себе и обнял. Как бы ни была она талантлива в деланной магии, из неё так и лезло деревенское воспитание. И мне придётся приложить ещё немало усилий, чтобы вылепить из неё дворянку. Для начала не по статусу, а по поведению.
Утром Киж явился ко мне в кабинет, разодетый, как авалонский лорд. Чёрный камзол с серебряным шитьём, треуголка с пером, белые перчатки и начищенные сапоги. Лицо при этом он сделал такое, будто сегодня планировал получить должность канцлера империи.
— Стильно, Дмитрий Иванович. Куда это ты собрался в таком виде?
— Никуда, — пожал он плечами, — просто надел перчатки, а старый камзол к ним не подходил. Пришлось подбирать всё остальное.
— Чего-то не хватает в образе.
Мертвец забеспокоился и принялся оглядывать себя в зеркале.
— Что я забыл? Да нет, Константин Платонович, всё на месте.
Я встал и подошёл к дальней стене кабинета. Здесь на стойке стояли шпаги, рапиры и ещё куча другого оружия — коллекция, доставшаяся от дяди. Среди благородных клинков затесалась одна приживалка: трость из тёмного дерева с набалдашником в виде черепа.
— Как раз для тебя, Дмитрий Иванович.
