Этан резко прыгнул и помчался наверх, стремясь избежать опасности – горы или обрыва. Каждый его шаг было слышно дробным шорохом воды, но он не замедлил бег. Впереди была надежда на спасение и отвага в каждом прыжке через чью-то смерть.
– Черт побери! – Даг развернулся к Брэму. – Ты что, весь деньне заходил в комнату? Ты же знаешь, что ему необходимо человеческое присутствие. Я с самого начала дал это ясно понять.
Брэм пытался решить, что правильнее, признаться, что не заходил к Этану, или соврать, когда краем глаза увидел на экране движение: Этан спрыгнул с кровати и пошел по комнате, такой же красивый, как в день охоты, и у Брэма открылся рот. Темно-желтый кугуар с подпалинами вокруг рта и глаз двигался так грациозно. На поворотах складки шкуры чуть покачивались.
А потом он запрыгнул обратно на кровать и зарычал в камеру.
– Откуда, мать твою, ему известно про камеру? – воскликнул Даг.
– Ну… – Брэм силился придумать, что же сказать. – Он ведь сидит там довольно давно, заняться нечем, а в наблюдательности ему не откажешь.
Даг обвиняюще ткнул в Брэма пальцем.
– Ты облажался.
Брэм не стал напоминать, что это Даг сегодня днем предложил ему присматривать за Этаном со стороны. В сложившихся обстоятельствах лучше взять вину на себя.
– Прости.
– «Прости», – передразнил Даг. – Это, конечно, поможет. Спасибо, Брэм, что извинился. Это именно то, что мне сейчас нужно. – Даг встал прямо перед Брэмом, заставив его попятиться. – Мне нужно решение.
Брэм кивнул и отвел глаза.
– Если я его подстрелю, ему нужно будет перекинуться, чтобы залечить рану, к тому же это послужит ему уроком. Я ведь приказывалэтому засранцу оставаться человеком.
Брэм не хотел, чтобы в Этана стреляли, но здесь надо действовать осторожно.
– В прошлый раз мы использовали транквилизатор. Он же обернулся, помнишь? Если усыпить его, не придется опасаться, что он станет бороться с превращением, попробует остаться кошкой и истечет кровью.
Даг презрительно фыркнул.
– С какой стати ему бороться с превращением, если он ранен?
Брэм ответил на взгляд Дага.
– В этой маленькой комнате он сходит с ума. Ты должен это понимать. Это делает его непредсказуемым. Он может выбрать смерть, а не заключение.
Даг выглядел огорошенным.
– Не думаю, что у него склонность к суициду. – Он махнул на экран монитора. – Этому парню хочется жить.
– Он не так прост. В конце концов, мы же не смогли предугадать, что он перекинется.
– Я не смог предугадать, что ты все испортишь. – Даг тряхнул головой. – И все же воспользуемся снотворным, как ты предложил. Не хочу, чтобы ему что-нибудь угрожало, потому что завтра мы должны его сбагрить. Вряд ли этим людям понравится дохлая кошка.
