Здесь новый мир, где твоё прошлое не имеет значения — ты можешь быть whomever ты захочешь. Но каждое изменение приносит с собой новые вызовы и опасности. Каждый шаг вперед влечёт за собой риск обрести что-то новое и ценное, но может потерять то, что было тебе всегда.
— Да. Я в курсе. Кстати, почему ты не в школе, сынок?
— Я вам не сынок, Богдан Борисович, — невозмутимо сообщаю. — И не ваше дело, как я трачу своё время. Впрочем, если хотите знать — я считаю, что собрание совета акционеров важнее, чем уроки в школе.
Обвожу взглядом людей за столом и говорю:
— Хочу донести до вас всех простую вещь. Я представляю акционера, который владеет четвертью компании. Корпорация моего деда, насколько мне известно, не собирается вмешиваться в дела Цитаты. Просто потому, что Цитата не представляет для Династии интереса.
— А тебе вдруг стало интересно? — скрипучим голосом спрашивает Белозерская.
— Не «тебе», а «вам», — лязгаю я. — Прошу соблюдать этикет, ваше сиятельство.
— Ты ещё будешь мне указывать⁈
— Я не указываю, лишь прошу о вежливости. Если не хотите, чтобы собрание превратилось в базар, давайте будем уважать друг друга, — говорю я и сразу же продолжаю: — Итак, нравится вам это или нет, я полноправный участник совета акционеров. Думаю, у всех нас есть важные дела, поэтому давайте перейдём к главному.
Женщина в костюме цвета пыльной розы поднимает руку и говорит:
— Предлагаю сделать перерыв. Думаю, нам всем нужно немного успокоиться. Вторжение Александра было слишком неожиданным.
— Согласен, — бурчит Булатов.
— Пять минут, — бросает Белозерская и первая направляется к выходу, раздражённо стуча каблуками.
Богдан, пожевав толстыми губами, подходит к кофемашине в углу комнаты. Налив себе чашку, тоже выходит в коридор.
Графиня Белозерская и барон Булатов
Мы остаёмся втроём. Я, та женщина в розовом костюме и худой мужчина в очках.
Знакомлюсь с ними и убеждаюсь, что передо мной, так сказать, младшие акционеры. Женщине по имени Ольга принадлежит десять процентов акций, мужчине по имени Игнат — пять. Они оба простолюдины, но весьма уважаемые. Иначе не сидели бы здесь.
— Простите за вопрос, но сколько вам лет, Александр? — спрашивает Ольга.
— Шестнадцать.
— Никогда бы не подумала. Вы ведёте себя очень зрело.
— Приму это как комплимент, сударыня, — я улыбаюсь.
Ольга с интересом оглядывает меня. Зачем-то снимает пиджак и вешает его на спинку стула, оставаясь только в обтягивающей водолазке. А затем направляется к кулеру, чтобы налить стакан воды.
Мы с Игнатом, не сговариваясь, провожаем её взглядами. По виду женщине лет тридцать пять, но фигура как у двадцатилетней. Есть на что полюбоваться.
Элегантная, сдержанная дама. В моём вкусе.
