Внутри урчит гневная буря: страх за старшего сына смешался с незамедлительной надеждой в успехе. Глаза Юрия и моих взглядов — как два клинка, тесно переплетающихся и выстреливающих искры ярости и горечи. Этот тонкий баланс эмоций заставляет дрожать всем телом, словно в удушливом парке надвигается гроза....
— Здравствуйте! — громко объявляю о своём присутствии.
— Здравствуй, — лучезарно улыбается графиня.
У неё совсем не получается скрывать свою радость. А может, она даже и не пытается.
Барон молча кивает. После того разговора в машине он никак не давал о себе знать. Надеюсь, что принял верное решение.
Однако будет нелишним напомнить, что лучше ему остаться на моей стороне.
— Ваше сиятельство, — подхожу к графине. — Давайте покажу вам одно видео. Очень любопытное.
Булатов заметно напрягается и ёрзает на стуле.
— Что там? — Белозерская смотрит на экран моего смартфона.
— Его благородие знает, о каком видео я говорю, — смотрю в глаза Богдану.
— Может быть, — бурчит тот.
— Реклама люксовых швейцарских ручек, — спокойно говорю я и включаю видео. — Нам надо сделать такую же для нашего нового бренда.
Зинаида просматривает короткий ролик и кивает.
— Да, неплохо. Мы обязательно такую сделаем. Но сегодня надо обсудить более важный вопрос. Только дождёмся господина Ларина — так зовут нашего инвестора.
— Знаю, — говорю я, убирая телефон в карман.
"Графиня и барон одновременно поворачиваются ко мне. На лице Белозерской непонимание. А в глазах Булатова, наоборот, как будто загорается лампочка. Он приоткрывает рот и обречённо качает головой.
Похоже, до него быстро доходит, как сильно просчиталась графиня.
— Господин Ларин не придёт, — продолжаю я. — Нет нужды. Дайте угадаю: сегодня вы позвали меня, чтобы исключить из совета?
Помедлив, Белозерская цедит:
— Мы имеем право.
— Доля стала меньше пятнадцати, и теперь я должен уйти, — заканчиваю вместо неё. — Хорошо, давайте считать.
Двигаю ближе к столу маркерную доску и беру красный маркер. Начинаю писать и одновременно озвучиваю.
— Господин Ларин вложил в Цитату 50 миллионов. Общий уставной капитал теперь составляет 500 миллионов. Максим, как вы сказали, продал свою долю. Значит, у меня в новом капитале всего 13,5%, чего недостаточно для места в совете.
— Верно, — бормочет Булатов.
— Доля барона теперь 15,75%. Он ведь выкупил половину акций Игната. А ваша доля, графиня, после увеличения капитала — 27%. Вы ведь продали доли своих дочерей Максиму, не так ли?
— Ты… ты… — Белозерская бледнеет, как покойница. — Ты был с ним в сговоре! Вы, два Грозина, сговорились против меня!
— Можно сказать и так, — я невозмутимо пожимаю плечами. — Давайте считать дальше.
