Внутри урчит гневная буря: страх за старшего сына смешался с незамедлительной надеждой в успехе. Глаза Юрия и моих взглядов — как два клинка, тесно переплетающихся и выстреливающих искры ярости и горечи. Этот тонкий баланс эмоций заставляет дрожать всем телом, словно в удушливом парке надвигается гроза....
На время его действия здание переходит под временный контроль правительства. Пока указ не будет отменён, у вас нет здесь никаких прав. С дороги!
Бойцу нечего возразить. Злобно зыркнув на меня, он отходит в сторону.
Слабая попытка, дядя. Рассчитана на дурачка или труса. А я не являюсь ни тем ни другим.
Дозвониться до Аркадия Тимуровича я так и не смог. Поэтому решаю зайти к нему в кабинет, прежде чем подняться к деду.
Терапевта нет на месте. Расспросив сотрудников больницы, узнаю, что Аркадий должен быть с князем.
Тогда, вероятно, он и правда в руках Юрия. И это плохо. Надо поспешить.
Поднимаюсь на нужный этаж. Только выхожу из лифта, на меня снова наседают династийцы. Даже не слушаю их, просто прохожу мимо. Один из солдат хватает меня за руку, но я так опаляю его взглядом, что он тут же разжимает пальцы.
— Молодец, — говорю я. — Ещё раз тронешь меня — пожалеешь.
— И что ты сделаешь, изгой? — дерзко интересуется тот.
— Например, подам на тебя в суд за оскорбление дворянской чести. Сделаю так, что ты будешь мне должен до конца жизни.
— Какой ещё чести? — хмыкает солдат.
— Дворянской. Ты что, глухой? Или не очень умный? Объясняю: меня исключили из рода, но я всё ещё аристократ. Понимаешь, нет?
Второй боец тычет сослуживца локтем в бок и шипит:
— Извинись, пока не поздно, дебил.
— Э-э… — со скрипом, но до солдата доходит, что к чему. — Простите, господин Грозин.
— Да ни черта ты не сожалеешь. Просто испугался, что я оставлю тебя без штанов.
Намереваюсь уйти, но солдаты по-прежнему преграждают мне путь.
— Простите, господин. У нас всё равно есть приказ не пускать вас.
— Знаю. Вы не имеете права и вот почему.
Разъясняю этим двоим то же, что и солдатам внизу. Ответить им нечего, так что они просто молча кланяются и отходят в сторону.
Направляясь к палате князя, заглядываю в комнату отдыха и там вижу сидящих за столом Аркадия и Юрия.
— Здравствуйте, — говорю я.
— Твою мать! — восклицает Юрий, завидев меня. — Изгой! Ты что, совсем страх потерял? Что ты здесь делаешь?
Не обращая на него внимания, перевожу взгляд на врача:
— Аркадий Тимурович, вас искали в регистратуре. Кажется, что-то срочное.
— Правда⁈ — терапевт с готовностью подскакивает и бежит к двери.
— Полагаю, что неправда, — хмыкает ему вслед Юрий.
