Автор
В Лондоне, где жизнь писательницы Джорджетт Хейер была полна тайн и приключений, она создала серию романтических детективов о персонажах из разных эпох. Книги вдохновлены ее собственным жизненным опытом — от Танганьикии до Югославии, через Вторую мировую войну и до Лондона....
— Уберите, — распорядился милорд, едва сдерживая гнев.
— Мадам сказала, милорд, что я ни в коем случае не должен этого делать, — пробормотал Флетчер, по-прежнему не сводя глаз с балдахина.
Пальцы милорда сжали одну из ручек чаши.
— Так вы унесете, Флетчер? — поинтересовался он спокойно.
Флетчер с беспокойством покосился на пальцы его светлости, стиснувшие фарфор.
— Повинуюсь, милорд.
Видал отпустил чашу.
— Я так и думал. Принесите мне что-нибудь съедобное и бутылку кларета.
Флетчер поклонился и покинул комнату вместе с подносом.
Через несколько минут дверь отворилась снова. В комнату скользнула мисс Чаллонер с тем же самым подносом. Она поставила поднос на столик у кровати и протянула его светлости салфетку.
— Прошу прощения, сэр, но я не могу позволить вам бутылку кларета. Но, полагаю, моя овсянка не покажется вам несъедобной. По-моему, она мне удалась.
Глаза его светлости полыхнули яростью.
— Вы выходите за рамки отведенной вам роли, мадемуазель, — раздался надменный ответ.
Мисс Чаллонер отнюдь не выглядела обескураженной.
— Очень хорошо, сэр, но не окажете ли вы мне любезность и хотя бы не попробуете ли овсянку?
— Нет, сударыня, не попробую.
С печальным вздохом мисс Чаллонер подняла поднос.
— Я не хотела обидеть вас, милорд. Я просто надеялась, что, быть может, вы не откажетесь отведать хотя бы ложку.
— Значит, вы ошиблись, мадемуазель, — холодно ответил его светлость.
— Да, — с несчастным видом согласилась Мери. — Теперь я вижу, что ошиблась. Полагаю, было дерзостью с моей стороны навязывать вам свою заботу. Я прошу прощения, сэр.
Она медленно направилась к двери. Тогда, казалось, против воли, милорд окликнул девушку:
— Вернитесь! Я проглочу варево, если вам это будет приятно.
Мисс Чаллонер замерла.
— Да, мне и в самом деле будет приятно, но у меня нет желания насильно пичкать вас этим, как вы выразились, варевом.
— Ради Бога, не придирайтесь к словам! — взмолился Видал. — Давайте сюда эту мерзость и покончим с этим вздором!
Мисс Чаллонер послушно вернулась, поставила поднос на столик и села у кровати. Его светлость с подозрением взглянул на нее, но девушка была невозмутима. Видал залпом проглотил содержимое чаши и с сердитым стуком поставил ее на поднос.
— Мери, — проворчал он, — придвиньтесь-ка поближе и наклонитесь.
Ямочки на щеках мисс Чаллонер дрогнули.
