Автор
Город Каменск переживал пасмурное летнее утро. Ночь не за горами, и уже сейчас темнота приближалась с жуткой скоростью, будто враги, ожидая момента для атаки. Восток города вскоре затрепетал от далекого звука грома — началось ненастие.
– Спрятался в шкафу с топором и ждет, когда мы уляжемся…
Про себя молодой человек подумал, что едва ли он сможет уснуть этой ночью.
– Все будет в порядке, – отстраненно сказал отец. Глядя на него, Артур подумал, что мыслями отец находился в другой галактике.
Сергей посмотрел на сына.
– Иди ко мне, – неожиданно сказал он. Едва отдавая себе отчет, Артур доверчиво прильнул к нему, и тот крепко обнял его. От отца пахло водкой и несвежей рубашкой, и среди этого незатейливого букета витал едва уловимый, практически выветрившийся запах одеколона.
– Я люблю тебя. Запомни это, – прошептал Малышев ему в ухо. – Что бы я ни делал, я люблю тебя. И не позволю причинить тебе вред.
«Я тоже люблю тебя», – едва не сорвалось с языка Артура, но слова так и остались невысказанными.
Они вышли из машины, и Малышев вынул из кармана брюк табельный пистолет.
– Держись за моей спиной, – распорядился он, открывая дверь.
Однако все предосторожности оказались излишними – дом был пуст.
Артур прошел на кухню и, сев на стул, отодвинул занавеску, уставившись невидящим взглядом в темное окно.
– Ты что-то решил? – задал он вопрос, не глядя на отца. – У тебя было много время подумать.
– Да. Для начала ты отмоешь все дочиста, – сказал Сергей, выставляя на стол плоские бутылки с чистящими средствами. – Сделай свою работу на совесть.
Артур, моргнув, вытаращился на шеренгу пластиковых флаконов, словно видел их впервые в жизни.
– А как же мама?
Малышев долго молчал, затем, нахмурившись, нехотя промолвил:
– Арчи, ситуация очень непростая.
Артуру показалось, что он ослышался.
– И что мы сделаем? Так и оставим ее лежать в спальне? – свистящим шепотом проговорил он.
– Оставь эту заботу мне.
Артур изучающе посмотрел на него. В сумерках лицо отца напоминало блеклое пятно с темными ямами вместо глаз.
– Более того, – продолжил Малышев.
У Артура был такой вид, словно отец ударил его под дых.
– Черт возьми… я не могу поверить, – ошеломленно проговорил он, инстинктивно отодвигаясь от него. – Разве так можно? Разве мама это заслужила? Ты что, закопаешь ее посреди ночи? В какой-то канаве, как собаку?
– Замолчи. Никто ее закапывать не собирается.
