Автор
Город Каменск переживал пасмурное летнее утро. Ночь не за горами, и уже сейчас темнота приближалась с жуткой скоростью, будто враги, ожидая момента для атаки. Восток города вскоре затрепетал от далекого звука грома — началось ненастие.
Я постараюсь сделать так, что ее кремируют. Другого выхода, к сожалению, нет.
«А может, и есть, – подумал Сергей. – Только я не собираюсь идти по протоптанной дорожке, как это сделал бы любой другой. Потому что я хочу лично вырезать сердце у того, кто это сделал с моей женой…»
– Я не смогу врать, – сказал Артур, и голос его дрогнул.
– А тебе и не придется врать. Подруг у матери нет. Есть троюродная тетка, но она живет черт-те где и раньше Нового года не спохватится. Ты просто ничего не знаешь, и все, понял? Оставь это мне, Арчи.
– Но это неправда, – шепотом произнес Артур.
– Это суровые реалии нашей жизни, сынок. Которая часто бывает к нам несправедлива.
Артур вздохнул, а отец растворился в темном коридоре.
«Оставь это мне», – мысленно повторил он, и его передернуло.
Он посмотрел на стол, в углу которого лежала книга Булгакова «Мастер и Маргарита». Артур вспомнил, что в последнее время мама часто перечитывал классику. Повинуясь какому-то неизъяснимому порыву, Артур взял ее в руки и, раскрыв, глубоко вдохнул запах.
«Пахнет мамой», – изумленно подумал он.
Вяло перелистывая страницы, парень внезапно поймал себя на мысли, что вряд ли сможет жить здесь, где буквально каждый квадратный сантиметр напоминал о маме… Вон ее кофта, накинутая на стул… Вон очки (у мамы за прошедшие пару лет сильно сдало зрение)… Куча лекарств… Косметика… Домашние тапочки… Лягушата из цветного стекла, расставленные в шкафу – мама как-то начала собирать их…
На глаза Артура вновь навернули слезы.
На кухню бесшумно вошел отец.
– Закрой глаза, – тихо сказал он, и Артур беспрекословно подчинился.
– Ты можешь попрощаться с ней. Только в темноте, – услышал он хриплый голос.
– Да, – с трудом выдавил Артур.
Он услышал шелестящий звук, и его лица коснулась прядь волос, слипшихся в закостенелую кровяную корку. Артур судорожно выдохнул, когда почувствовал едва уловимый запах металлических стружек. В губы ткнулось что-то холодное и шершавое.
– Прощай… мама, – всхлипнул он, целуя мертвые губы.
С каменным выражением лица Сергей убрал голову Ольги обратно в пакет.
– Посиди пока здесь, – сказал он, когда Артур открыл глаза. – Я уеду через полчаса, тогда начнешь уборку. Белье свернешь в узел, мы его сожжем. Дверь никому не открывать. В гостиной на диване – заряженное ружье. Помни о предохранителе, я тебе показывал. Прислушивайся к малейшему звуку. Если что – сразу стреляй.
