Грозный эшелон остановился вдалеке от засады. Вместо него прибыл мотовоз, переоборудованный немцами как броневагон с пламенными установками. Капитан Журавлев и Николай Мальцев лежали рядом, Журавлев положил руку на ствол "Дегтярева", словно призывая товарища к бою.
Злорадно отметили, как прошли на запад два санитарных эшелона, набитые ранеными фрицами.
– Дают гадам, – сказал Саня Гречихин, зачисленный в отделение сержанта Мальцева.
– Наверное, из-под Сталинграда битых везут, – предположил другой боец. – Как там они в листовках пишут? «В Сталинград вошли с бомбежкой, до Саратова – с гармошкой». Нажрались досыта. Тысячи полторы раненых в двух эшелонах.
Посмеялись. А затем стало не до смеха. На эшелон с танками спикировали пять бомбардировщиков «Пе-2». Они зашли с головы эшелона, рассчитывая вывести из строя в первую очередь локомотив.
Цель для пятерки «пешек» была заманчивая, но бомбить эшелоны довольно сложно. Чтобы угодить в узкую цепочку груженных бронетехникой платформ, приходилось снижаться до высоты пятьсот-семьсот метров.
Такие грузы имели сильное зенитное прикрытие. На двух платформах стояли счетверенные 20-миллиметровые автоматы и 37-миллиметровые зенитки. Кроме того, в разных местах были установлены крупнокалиберные пулеметы.
Экипажи этих слабо бронированных самолетов знали, какой опасности они себя подвергают, но упрямо шли прямо на сверкающие навстречу трассы. Стокилограммовые осколочно-фугасные бомбы подняли высокие фонтаны щебня, земли и дыма по обеим сторонам насыпи.
Добиться прямого попадания в паровоз не удалось. Одна из бомб взорвалась рядом с головной зенитной платформой перед локомотивом. Мальцев отчетливо разглядел, как сорвало с креплений и перекосило длинноствольную 37-миллиметровку, смяло борта платформы.
Еще одно попадание накрыло платформу, где везли закрепленные на растяжках два танка «Т-3». Один из «панцеров» развернуло поперек. Взрывная волна и крупные осколки разбили ходовую часть. Вторая машина, обрывая тросы, сползла к краю платформы. Сильный толчок сбросил ее вниз. Танк кувыркался по насыпи, отлетела башня, лопнули гусеницы.
Но если головной бомбардировщик, хоть и поврежденный, благополучно завершил пикирование, то двум идущим следом «Пе-2» не повезло.
Счетверенная установка «Маузер» со скорострельностью 800 снарядов в минуту прошила носовую часть и кабину «пешки» не менее чем десятком снарядов. Самолет, не выходя из пике, взорвался в полусотне метров от насыпи.
Другой бомбардировщик получил попадания в левый двигатель, который сразу вспыхнул. Пилот тщетно пытался набрать высоту. Было видно, как трассы крупнокалиберных пуль пробивают обшивку.
