Внутри усадьбы царит нешуточное напряжение: скрытый магический плазон заставляет посетителей ощущать себя как на игорной доске, где каждый шаг может быть финальным. Вдруг ты замечаешь кусты, и в одно мгновение образуется портал через них — Диего готов увидеть чудеса, которые создает тайная связь между реальностью и загадочными зонами....
Похоже, «Дядя самых честных правил 10» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А вот Лукиан при этих словах еле заметно поморщился, но ничего не сказал. Похоже, он что-то знал, но не торопился высказывать своё мнение вслух.
Градус настроения у всех присутствующих заметно упал, и даже в кабинете стало неуютно. Так что я предложил закончить на сегодня разговор о делах и вернуться к нему завтра.
— Отец Лукиан, я хотел попросить вас остаться. У меня есть несколько вопросов.
Монах кивнул, откинулся в кресле и уставился в окно на темнеющее закатное небо.
Первым сбежал Лаврентий Палыч, утомившийся долгими разговорами.
— Костя, ты хотел поговорить о Саше? — Таня сурово уставилась на монаха. Раньше она не решилась бы на такое, но десять лет в пустыне с туарегами закалили её характер и вытравили все страхи. — Вы что-то знаете, отец Лукиан. Со смертью Саши не всё гладко, верно? Её убили?
Лукиан обернулся к Тане, видимо, собираясь отшутиться.
— Не знаю. Честное слово, не знаю. Я был на похоронах и не увидел следов насильственной смерти. Но на теле лежала дурная тень, не связанная с Хозяйкой.
— И вы промолчали⁈
— Ты, девочка, не кричи, — Лукиан строго зыркнул из-под бровей. — Ну, положим, сказал бы я о своих подозрениях. Кинулся бы её муж, горем убитый, искать виноватого. Много бы он нашёл без магической помощи? А если бы нашёл, смог бы он что-то сделать против магов? Сгинул бы, и дети сиротами бы остались.
Таня поморщилась, но, что возразить, не нашла.
— Отец Лукиан, — я встал и прошёлся по комнате, — полагаю, те следы всё ещё остались. И мы можем разобраться, что за магия в этом участвовала. Так?
Монах недовольно скривился, но кивнул.
— Тогда не будем откладывать дело в долгий ящик. Завтра утром съездим в Добрятино в гости к Петру Петровичу. Посидим с ним немного, Таня его отвлечёт, а мы вдвоём сходим на кладбище и всё выясним.
Лукиан тяжело вздохнул и принялся ворчать, что нет смысла торопиться и, вообще, решительно не следует лезть в эту плохую историю.
— Возражения не принимаются, — коротко рубанул я. — Если мою ученицу убили, я должен знать, кто это сделал. И применить карательные меры самого решительного характера.
— Мне не нравится, как пахнет эта смерть, — буркнул монах, — но если ты настаиваешь, я помогу. Только поедем сейчас — смотреть на могилу нужно ночью, в темноте лучше видно тень магии.
