На обзорной палубе дирижабля Малый Увоке встречает своего княжича и одаренного ученика. Александр в форме воздушного флота держится за стойку каюты, как будто на пути к чему-то важному. Взгляд его ясный и сосредоточенный, когда он сообщает новости, которые могут изменить их жизнь навсегда....
Шакалоговый ухмыльнулся, взмахнул рукой и щёлкнул пальцами.
Это был его любимый фокус во времена, когда он существовал в виде моего Таланта. Из реки взлетели капли воды, размером с кулак. Сплющились в тонкие диски и раскрутились до бешеной скорости, превращаясь в циркулярные пилы. А затем рванули к барону со всех сторон, визжа ультразвуками.
Он не успел даже вскрикнуть. Насекомые рассеялись, а в разные стороны полетели баронские «запасные части». Голова, руки, ноги, куски тела. Со стуком падая на пристань и булькая в воде.
— Плохой бог, — рыкнул Анубис, поднимая мёртвую голову с закатившимися глазами. — Негодный.
Голова дёрнулась, захрипела и посмотрела на шакалоголового.
— Плохая собачка, — вякнула она, скривив губы.
— Придётся наказать тебя палкой, — раздался голос барона с другой стороны.
Как ни в чём не бывало он вышел из-за угла пакгауза и погрозил Анубису пальцем. Кажется, остановить барона будет чуть-чуть сложнее, чем мне казалось.
Глава 16
Клетка
— Ату его!
Не сговариваясь, мы с Анубисом кинулись на барона.
— А-а-а!
Заклятье отбросило его назад, приложив о стену пакгауза. А летящие следом Знаки превратили его в пылающий факел.
— А-а-а!
Точку в судьбе третьей инкарнации барона поставил Анубис. Челюсти сжались на толстой шее, раздался хруст, и грузное тело мешком осело на землю. Шакалоголовый плюнул на труп и разразился лающим смехом.
— Плохой князь…
Мы обернулись одновременно. Барон стоял шагах в двадцати от нас и обиженно поджимал губы. Надменность сползала с его лица, уступая место недоумению.
— И собака плохая…
— Р-р-р-р!
Анубис буквально взбесился от этих слов. Я почувствовал всплеск силы, и шакалоголовый буквально размазался в воздухе. Мгновение — и он очутился за спиной барона.
Хрясь!
Один удар взбешённого бывшего бога, и божок-новодел падает безжизненным кулем.
— Слабак, — Анубис пнул четвёртый труп барона и фыркнул.
Прошло секунд двадцать, прежде чем объявился пятый. С перекошенным лицом и ужасно злой на такой поворот событий.
— Р-р-р-развелось покойников! — рявкнул Анубис и кинулся на противника.
Я не вмешивался, наблюдая, как шакалоголовый разделывается с пятым, а затем с шестым, седьмым и восьмым бароном. Каждое следующее появление происходило чуть позже, чем предыдущее. Самодельный божок пытался отбиваться, но ничего не мог противопоставить взбешённому Анубису.
