В уютной русской усадьбе шло обычное белое утро: слуга кричит за мешающего Прошу, хозяйка заботится о тяжелоумной курице и сын-маляк наслаждается новой мышью. Вдруг раздается прерывистый крик — розовый мальчик с хитрыми глазами уже снова забирается за любимую игрушку, а свет в окне затягивается тайной повествованием о приключениях и чудесах....
Похоже, «Дядя самых честных правил 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А дальше примелькаются, торговцы авалонцами начнут демпинговать, цены пойдут вниз. Пожалуй, драть с княжны такие деньги я не буду, а вместо этого…
— Ваше благородие, — Козявкин, видя что я задумался, тихонько подал голос, — так лошадки-то…
— Продам, — я посмотрел на него в упор, отчего купец опустил взгляд, — за семь тысяч.
Козявкин встрепенулся.
— Но ещё попрошу механическую птицу в довесок.
— Ваше благородие…"
"— Это мой последний ответ. Семь тысяч и работающая механическая птица. Можешь идти, пусть княжна думает.
Купец поклонился.
— Спасибо, Константин Платонович, всё понял, передам, не сумлевайтесь.
— Иди уже.
Он ещё раз отбил поклон и рысью вылетел из гостиной. Весёлкина расхохоталась в голос, а я пожал плечами. Честно скажу, в механике я далеко не гений. Разобрать и изучить новый механизм будет крайне полезно и мне, и Прохору. Тем более, нутром чую — в птичке стоит магический движитель, вот и посмотрим, что там за Знаки применяются.
* * *
Домой выехали уже под вечер. Ужасно довольная Марья Алексевна долго прощалась с Весёлкиной, шепнула мне: “Ух, хорошо отдохнула”, и погрузилась в свою карету, приказав не будить до Злобино.
— Благодарю, Изольда Петровна, — я раскланялся с хозяйкой дома. — Было очень приятно пользоваться вашим гостеприимством.
— Константин, — она махнула на меня веером, — это вы доставили мне целую гору веселья. Этот смешной купец, как вы его за ухо таскали, эти слухи о вашей дуэли.
— Что вы, Изольда Петровна, только к вам!
Я склонился, чтобы поцеловать ей руку.
— Да, и... — она сбавила тон и перешла на громкий шёпот: — Захватите с собой вашего друга Дмитрия Ивановича. Он, конечно, тот ещё донжуан, но презабавнейший.
— Обязательно возьму его с собой, Изольда Петровна, ради вашего удовольствия.
Она рассмеялась.
— Ах, езжайте, Константин. А то я передумаю и никуда вас не отпущу.
На том и расстались.
* * *
Стоило нам вернуться в Злобино, как Марья Алексевна чуть ли не с порога развила бурную деятельность.
— Милые мои, — она собрала вокруг себя Александру, Таню, Диего и Настасью Филипповну, — у нас впереди свадьба, а ещё ничего не готово. Но я не зря съездила в Москву — в багаже отличные ткани, я специально выбрала.
