Наш уникум, как мы с ним и договаривались, не только сделал плуг и сеялку, но и опробовал их на своём наделе в Злобино. По моей особой милости, как он всем говорил. Поначалу соседи косо смотрели на такую инновацию, предпочитая сеять привычными методами. Но когда увидели вместо сам-три урожая сам-восемь, начали чесать головы и тоже хотеть «барский сев». Традиции традициями, а прибыль крестьяне считать умели.
Я не стал бурно реагировать на эту новость и только кивал. Получилось? Получилось! Дело сдвинулось с мёртвой точки: плуг и сеялка с парой механических лошадок не просто поднимут урожай у моих крестьян. Они освободят им время, которое я собирался пустить на всякое производство. И крепостным доходы, и мне. А там и школа начнёт поставлять первых образованных орков. Маленькая промышленная революция в отдельно взятом поместье.
— Костя, — Марья Алексевна посмотрела на меня и покачала головой, — я с тобой поговорить хотела, но лучше на завтра отложить. Шёл бы ты спать — замученный совсем, словно тебя в Москве палками били.
Я не стал говорить княгине, что меня там действительно немного били и даже держали в подвале. Хоть спать мне и не хотелось, но отдохнуть было бы неплохо. Так что я пожелал всем спокойной ночи и двинулся в спальню.
* * *Провидение будто услышало, что я не хочу спать, и решило не давать времени на сон вовсе. Стоило умыться и лечь в постель, как в дверь тихонько постучали, и в комнату просочилась Таня. Девушка всего лишь хотела поцеловать меня и пожелать доброй ночи. Но оказалось, что мы страшно соскучились друг по другу — у меня сразу нашлись и силы и бодрость, и всё остальное тоже нашлось. Только я сам потерялся в её поцелуях и прикосновениях. А чуть позже мы выяснили, что соскучились ещё и по разговорам. Так что проболтали часов до трёх ночи, лёжа голышом в обнимку.
Спать я выгнал Таню чуть ли не силком. Любовь любовью, а отдыхать тоже надо. Да и лишний раз афишировать нашу связь не стоило, исключительно ради Тани. У девочки, если мои подозрения, переходящие в уверенность, подтвердятся, может быть очень интересное будущее.
Но только я улёгся как следует, выгнал из головы лишние мысли и начал засыпать, как снова услышал характерный Танин стук. На этот раз вполне громкий, можно сказать «официальный».
— Да-да, войдите.
Таня заглянула в комнату, держа в руке канделябр со свечами.
— Константин Платонович, простите меня, пожалуйста. Но вы ещё не спите?
— Что случилось?
— Там староста Фрол из Крукодиловки пришёл. Он хотел утра ждать, чтобы с вами поговорить, как проснётесь. Но я подумала, — она виновато опустила глаза, — вы же всегда крепостных жалели. А там беда прям.
— Ну и правильно, — я встал и начал одеваться, — выспаться всегда успею.