Альтернативная история России XVIII века, где магия и технология переплетены с феодальным строем. Дворяне обладают Талантом, крепостные — орки, а страной правят князья с опричниками. На фоне магомеханических чудес и масонских интриг разворачивается история о чести, власти и судьбе империи...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дядя самых честных правил 5»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Альтернативная история России XVIII века, где магия и технология переплетены с феодальным строем. Дворяне обладают Талантом, крепостные — орки, а страной правят князья с опричниками. На фоне магомеханических чудес и масонских интриг разворачивается история о чести, власти и судьбе империи...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Альтернативная история России XVIII века, где магия и технология переплетены с феодальным строем. Дворяне обладают Талантом, крепостные — орки, а страной правят князья с опричниками. На фоне магомеханических чудес и масонских интриг разворачивается история о чести, власти и судьбе империи...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Дядя самых честных правил 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но коли разбудила меня, давай этого Фрола в гостиную, а мне кофий свари.
Таня прям засветилась от счастья, оставила мне канделябр и убежала выполнять указание.
* * *Когда я вошёл в гостиную, Фрол топтался у двери в прихожую и горестно вздыхал. Увидев меня, он поклонился в пояс и зачастил:"
"— Доброе утро, барин. Прощения просим, не хотел будить. Да только Татьяна сказала, что вам такое сразу доложить надо. Горе у нас, барин, большое горе. Коли б не оно, так я бы не осмелился вам беспокойство чинить. Так припекло, будто согрешили чем, да покаяться забыли.
— Да зайди ты нормально, не стой на пороге. И сразу к делу переходи, не размазывай.
Он приблизился, ещё раз поклонился и произнёс:
— Зашибло у нас Емельку, барин. Бревном как ударило, прямо в живот да пониже. Ноги у него отнялись, синий весь стал. Лежит, стонет, глазами туда-сюда лупает, ничего не соображает. Мы его домой отнесли сразу, только этим разве же поможешь.
— За лекарем посылали?
— Бабку Матрёну позвали, травницу из Злобино. Сразу за ней мальчишку отправили. Да только она Емельку посмотрела и говорит, что не жилец. Нутро всё отбило ему, барин. Денька два помучается, да и помрёт.
Он снова вздохнул.
— Мучается он сильно, кричит на всю деревню. Его уж и отваром поили, а всё не унимается. Дети малые не спят, плачут, да и остальные все слышат, хоть уши воском затыкай.
— А от меня ты чего хочешь? Я уж точно лечить не умею.
— Василий Фёдорович, земля ему пухом, всегда отпускал страдающего, — Фрол поднял голову и посмотрел мне в глаза. — Лично приезжал, не брезговал. Сам за руку брал да уводил…
— Куда? — не понял я.
— Туда, барин. Туда…
В груди заворочался Анубис, подтверждая — да, так и было. Дядя помогал умереть тем, кто мучился в ожидании смерти. Ездил даже ночью, никогда не отказывая в такой просьбе. Последняя милость — вот как это называется, пришло неожиданное понимание.
— Константин Платонович, ваш кофий.
Рядом появилась Таня и подала мне чашечку на блюдце. Я взял её и несколько минут просто держал в руке, думая над внезапной дилеммой. И в конце концов решился: отказывать бедняге Емельке было никак нельзя. Во-первых, это мой человек, и я за него отвечаю. А во-вторых, я чувствовал — это часть той работы, что досталась в наследство.
— Таня, разбуди Ермолайку, пусть закладывает дрожки. Сейчас кофий выпью и поедем.
— Благодарствую, благослови вас бог, Константин Платонович, — Фрол поклонился. — Мы за вас все молиться будем. Я на крыльце подожду, пока вы кофий пьёте.
В господском доме ему было неуютно, и он постарался быстрее выскользнуть наружу. А я остался с горьким кофием и не слишком приятными мыслями. Перспектива дарить лёгкую смерть умирающим — это вам не на балах ногами дрыгать.
— Константин Платонович, дрожки готовы.
— Спасибо, Таня.
