Возвращение было тяжелым процессом, но когда Конгрегации вновь обрело осязаемость, стало ясно, что мир вокруг изменился. Отчетливая картинка привязала его к реальности, и он начал осознавать, какую пустоту причинил себе самолюбие и зависть.
Похоже, «Дядя самых честных правил 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На бал сходить, а то давно в обществе не был. Не знаю, как ты, Костя, а мне…
Боброва прервала с шумом открывшаяся дверь. В гостиную вошёл Киж, свежий, подтянутый и улыбающийся.
— Добрый вечер, судари и сударыни. Очень рад всех видеть.
Киж шагнул к Марье Алексевне и поцеловал руку.
— Вы сегодня особенно обворожительны, княгиня.
— Ах ты, льстец, — она засмеялась, — врёшь, как всегда. Как там Первопрестольная?
— Стоит, ваше сиятельство, что ей сделается. Прошу меня извинить, я должен привести себя в порядок после дороги.
Мы встретились с ним взглядом, и мертвец отрицательно покачал головой.
После ужина Киж ждал меня в кабинете, куда я поднялся вместе с Марьей Алексевной. Было бы глупо не воспользоваться её опытом в противостоянии с Голицыным.
— Не возражаете, Константин Платонович? — мертвец поднял руку со стаканом рябиновки.
— Пей и рассказывай.
Киж сделал два жадных глотка, на секунду зажмурился и развёл руками.
— Простите, Константин Платонович, всё гораздо хуже, чем мы могли себе представить.
Глава 11
Расклад пасьянса
— Подворье Голицыных прикрыто особыми чарами против ме… кхм… против таких, как я. Буквально стены зачарованы, я ближе десятка шагов и подойти не смог. Ни одной щёлочки нет, даже двери для слуг под охраной. Боюсь ошибиться, по ощущению, колдовство очень старое, но подновлённое совсем недавно. Даже через московские подземелья не подобраться, так надёжно защитили.
Киж снова приложился к стакану, сделал большой глоток и продолжил:
— На данный момент в Москве собрано двести шестнадцать опричников Голицыных.
Допив залпом рябиновку, Киж тяжело вздохнул:
— Через прислугу подобраться к князю мне не удалось. Особо доверенные слуги на контакт не идут, а доступные для влияния — обычные крепостные, не допущенные до Голицына. Простите, Константин Платонович, я провалил задание. У меня нет никакой возможности ликвидировать князя.
— А чего ты ожидал? — усмехнулась Марья Алексевна. — Что сможешь просто войти и укокошить его? Это тебе не какой-нибудь захудалый помещик. Голицын ко всему ещё и параноик, каких мало.
Поджав губы, Киж пробурчал:
— Я ничего не ждал. Я выполнял приказ Константина Платоновича.
— Благодарю, Дмитрий Иванович, ты сделал всё правильно.
Я подошёл к Кижу, похлопал по плечу и сам налил ему ещё рябиновки. Доброе слово и мертвецу приятно, а он поработал на совесть.
