В альтернативном XVIII веке магия и технология переплетены воедино. Дворянство правит благодаря магическому Таланту, опричники служат князьям, а орки работают крепостными. Кареты движут магомеханические лошади, колдуны создают пушки, масоны занимаются генетикой. На фоне грядущих перемен...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дядя самых честных правил 6»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В альтернативном XVIII веке магия и технология переплетены воедино. Дворянство правит благодаря магическому Таланту, опричники служат князьям, а орки работают крепостными. Кареты движут магомеханические лошади, колдуны создают пушки, масоны занимаются генетикой. На фоне грядущих перемен...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В альтернативном XVIII веке магия и технология переплетены воедино. Дворянство правит благодаря магическому Таланту, опричники служат князьям, а орки работают крепостными. Кареты движут магомеханические лошади, колдуны создают пушки, масоны занимаются генетикой. На фоне грядущих перемен...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Дядя самых честных правил 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Первую печь я делал сам, показывая молодёжи все нюансы и давая им время занести в конспекты Знаки и Печати. Долго, подробно и обстоятельно. Отвечая на кучу вопросов и разжёвывая детали. Вторую печь они делали все вместе под моим надзором. Над третьей — работали сами, сдавая мне уже готовый результат. И справились, к слову, достойно — всего три замечания, да и то незначительных. Эх, а ведь отправь этих крепостных ребят и девчонок в Сорбонну — они бы блистали там ярче всех остальных студентов. Таланты! Но, увы, орков туда не подпускают на пушечный выстрел.
Когда мы закончили с тремя печами, уже стемнело. Мальцова, наблюдавшая за запуском последней печи, подошла ко мне:
— Константин Платонович, оставайтесь ночевать. Я уже приказала подготовить для всех ужин и постели. Ваши детки лягут здесь, в домике управляющего. А вас я приглашаю к себе, — она послала мне страстный взгляд, — для вас есть отдельная спальня с периной и всем необходимым.
Глава 28
Горобец
Кижа и опричника Кацарёва я оставил присматривать за юными дарованиями. А вот второго опричника, смешливого Конона Горобца, взял с собой.
— Константин Платонович, зачем вам охрана? — попыталась возразить Мальцова. — Сторожей у меня в достатке, вам ничего не угрожает!
— Не положено, — Горобец нахмурился и сурово посмотрел на купчиху, — без охраны нельзя.
Мальцова поджала губы, но спорить не стала.
— Хорошо, найду вам комнату по соседству."
"Как стало понятно за ужином, такой поворот сломал ей все планы. Вместо романтического ужина при свечах получились скучные деловые посиделки на троих. Я специально перевёл тему разговора на хрусталь и заказы. Мальцова обсуждала денежные вопросы не без удовольствия, но было заметно, что рассчитывала она на нечто другое. Увы, крутить шашни с ней совершенно не хотелось. Во-первых, она и рядом не стояла с Таней, а во-вторых, в её настойчивости чувствовался меркантильный интерес. Благодарю покорно, но нет-с.
— Спасибо за ужин, Мария Васильевна.
— Для вас всё что угодно, Константин Платонович, — она стрельнула в меня глазками, поднялась и взяла канделябр. — Я покажу ваши комнаты.
Горобцу выделили небольшую каморку с топчанчиком, застеленным одеялом. Опричник только пожал плечами — ему было всё равно, где ночевать.
— А для вас, Константин Платонович, я приготовила отдельную комнату.
Прежде чем последовать за ней, я сделал Горобцу знак, чтобы он чуть позже зашёл ко мне.
— Прошу сюда.
Мальцова распахнула дверь дальше по коридору. Эк меня тут ценят! Широкая постель с пуховой периной, подушки высятся горкой, занавески с цветочным рисунком, тумбочка, накрытая ажурной салфеткой, ночной горшок весёленькой расцветки стыдливо выглядывающий из-под кровати.
— Спокойной ночи, Константин Платонович.
