В зале стояла непривычная дружелюбная атмосфера. Пансов подносил бутылку на центр стола, Киж тихо уходил, а трое заговорщиков продолжали переговариваться. Только третий, изрядно хмыкнув, повел себя иначе — он требовал, чтобы его заставили выпить.
Похоже, «Дядя самых честных правил 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Так-с, посмотрим, что здесь нашёл тайный канцелярист.
«Ловчая сеть» перебирала окружающее пространство, будто кухарка зерно. Отделяя гречку от пшеницы и откладывая в сторону колючие семена сорных трав. Ага, вот что-то есть. Размазанный эфирный след, действительно «ледяной» на ощупь. И да, пахнущий чем-то неуловимым, но знакомым. Как призраки, только чуть-чуть иначе. Нежить? Или нечто, что я ещё не встречал?
Как я не «принюхивался», но взять след так и не смог. Центральное «звучание» эфирных волокон ускользало сквозь пальцы, не давая ухватить кончик и размотать весь клубок. Знать бы, что именно тут прошло!
— Степан Иванович, слуг допросили?
— Да, сразу же. Все на месте, но ничего не видели. Я велел задержать их, на случай если вы сами захотите их допросить.
— Не хочу, — я вздохнул, — но надо. Где они у тебя?
Орлов следовал за нами по пятам, чтобы быть в курсе расследования. Но не лез с советами, а только наблюдал. И только неодобрительно качал головой, когда я приказал построить слуг в шеренгу и принялся молча ходить перед ними, заглядывая в глаза.
Дворяне частенько недооценивают тех, кто всегда рядом с ними, воспринимая крепостных и слуг чуть ли не мебелью. А между тем они видят и слышат гораздо больше, чем предполагают хозяева. Но меня сейчас интересовали не слухи и не случайно оброненные кем-то фразы, а эфирные следы. Те, у кого нет Таланта, легко «пачкаются» эманациями чужого колдовства и следами волшбы. Вот и сейчас я разглядел на паре человек тот самый «холодный» эфир. И даже смог уловить структуру — не слишком сложную, но слегка угловатую, будто искусственную. Я бы даже сказал, деланную. Интересненько, всё становится ещё сложнее и запутаннее. По крайней мере, теперь можно попробовать пойти по следу.
Я уже хотел отпустить слуг, но заметил у одной из девушек-орчанок лёгкую дрожь. Кстати, на ней тоже было немного «холодных» волокон эфира, размазанных по одежде.
— Все свободны. А вот ты подойди ко мне.
Поманив девушку пальцем, я сплёл длинную нить «ловчей сети» и буквально оплёл ей служанку. Вот так дела! Если снаружи «холодного» эфира было чуть-чуть, то внутри пряталось целое облачко, как раз в районе гиппокампа в мозгу. Что-то подобное я уже видел, кажется. Заблокированная память? Может быть, надо проверить.
— Степан Иванович, будьте добры, посмотрите.
Ему потребовалось больше времени, чем мне, чтобы разглядеть комок эфира.
— Странное пятно, — Шешковский нахмурился, — не встречал подобного.
