Автор
Лондон в мрачном ноябре 1880 года окутывается тьмой и холодом. Меррит Стерлинг, красавец-контридульстер из Шотландии, обещает Люка Марсдену запалить его гнев до такой степени, что это словно бы превращает самого кабинет в бурлящую ярость.
Подобно тому, как становится легче на душе после разговора с другом.
Меррит улыбнулась и сделала ещё один глоток. Напиток был лёгким, тёплым и бодрящим, неудивительно, что людям он так нравился.
— Расскажите мне, как делается ваше виски, — попросила она. — С чего вы начинаете?
— Мы перевозим ячмень на телеге и замачиваем его в воде из местного источника… — Он продолжил объяснять, как они раскладывают его на солодовых полах, чтобы дать ему прорасти, а затем высушивают в огромной печи длиной восемьдесят футов, растопленной торфом.
Меррит уговорила Кира прислониться к низкой части спинки дивана, чтобы смыть пятна крови с его спины. Хотя поначалу он был напряжён, но, почувствовав, как по коже скользит ткань, смоченная в горячей воде, постепенно расслабился. Пока Кир рассказывал о винокурне, а Меррит очищала область вокруг раны, их окутало волшебное ощущение близости.
Меррит не совсем понимала, как так получилось, что вследствие череды разных событий в её гостиной очутился крупный полуголый шотландец. Она поражалась тому, что уже не раз видела Кира обнажённым и знала его тело лучше, чем Джошуа до свадьбы.
Конечно, это совсем не означало, что этот мужчина принадлежит ей.
Хотя казалось, будто так оно и есть.
— Вы меня слушаете? — спросил Кир.
Меррит быстро обратилась к той части своего мозга, которая следила за его рассказом.
— Вы только что описывали процесс заливки спиртного в перегонные кубы.
— Да. Затем их снизу нагревают, чтобы пар начал подниматься…
Сзади его волосы были идеально подстрижены, Меррит умирала от желания провести кончиками пальцев по идеально ровной линии на затылке. От соприкосновения с влажной тканью по коже побежали мурашки, поэтому Меррит повыше натянула на Кира одеяло, прикрыв его потрясающую мускулистую спину.
