Автор
Лондон в мрачном ноябре 1880 года окутывается тьмой и холодом. Меррит Стерлинг, красавец-контридульстер из Шотландии, обещает Люка Марсдену запалить его гнев до такой степени, что это словно бы превращает самого кабинет в бурлящую ярость.
Запах холодного дождя, доносившийся из окна… шелковистые локоны Кира, скользящие между её пальцами… его невероятная одержимость ею.
Он был таким нежным, несмотря на свою силу и внушительные размеры, кончики его пальцев легко рисовали на её теле замысловатые узоры. Внимание Кира безраздельно принадлежало Меррит, он ловил каждый звук, каждый удар сердца, каждое её движение. Его низкий голос щекотал ей ухо, пока он бормотал, как она прекрасна, как ему хорошо с ней, как сильно она его возбуждает… И всё это время его крепкий стержень погружался в неё всё глубже и глубже.
Когда он наконец целиком оказался внутри, Меррит уже потряхивало от желания. Стоило ему начать двигаться, как она всхлипнула в предвкушении. Но Кир входил и выходил из неё мучительно долго и размеренно, в последний момент не позволяя Меррит достигнуть точки невозврата. Теперь Кир прижимался к ней всем телом, и только его бёдра постоянно раскачивались и описывали круги, отчего на неё накатывали всё новые волны удовольствия. Он накрыл ртом её возбуждённый сосок и принялся его нежно покусывать.
— Нет, любовь моя. Я могу причинить тебе боль.
— Не причинишь. Пожалуйста… Кир.
— Пожалуйста, что?
— Мне этого мало.
Тихий смешок, который он издал, мог принадлежать самому дьяволу.
— Сомневаюсь, что ты сможешь вынести ещё, дорогая.
— Смогу. — Она напряглась, прижимаясь к нему.
— Достаточно глубоко? — спросил он, прикасаясь к потаённым местечкам в глубине её тела, которых раньше никто не касался.
Меррит задрожала от удовольствия.
— Боже. Да.
Кир обхватил ладонями её бёдра и решительно приподнял их вверх, двигаясь в устойчивом ритме. Медленно входя… медленно выходя…
— Быстрее, — в отчаянии проговорила Меррит.
— Ещё рано, — прошептал он.
— Пожалуйста, — взмолилась она.
— У нас есть поговорка о виски: ""Слабый огонь варит сладкий солод"", — проговорил он низким голосом у самого её уха.
Когда Кир осторожно повернул бёдра, дотрагиваясь своим жёстким стержнем до всевозможных мест внутри неё, Меррит всхлипнула.
Меррит совсем не ожидала подобного развития событий. Её муж был внимательным любовником и делал всё, что ей нравилось, и именно так, как она этого хотела. А вот Кир действовал совершенно иным образом.
