Я стоял у руля моей индивидуально подобранной спортивной машины, напоминающей игрушку, когда-то принадлежавшей сыну нефтяного шейха. Температура жара и неловкость в теле заставляли меня потеть, но я продолжал терпеть, задумываясь о своем переполненном проблемами состояние....
- Это мой сын Джонатан и моя дочь Салли, - сказал ван Хурен.
Я встал и пожал девушке руку. Ее это, похоже, позабавило.
- Ух ты! - сказала она. - Вам кто-нибудь говорил, что вы похожи на Эдварда Линкольна?
- Да, - ответил я. - Я он и есть.
- Кто?
- Эдвард Линкольн.
- Да ну? - Девушка всмотрелась внимательнее. - Ух ты! Господи помилуй! И правда!
Потом осторожно спросила, боясь, что я ее дурачу:
- Вы что, действительно Эдвард Линкольн?
- Мистер Линкольн - знакомый миссис Кейвси, - вмешался отец.
- Тети Нериссы? Ах да! Она однажды говорила, что хорошо с вами знакома… Она такая лапочка, верно?
- Верно, - согласился я, снова опускаясь на софу.
Джонатан посмотрел на меня в упор холодным, равнодушным взглядом.
- Я на такие фильмы, как ваши, не хожу! - доложил он.
Я вежливо улыбнулся и ничего не ответил. Это была традиционная фраза людей, желающих меня уязвить. Разные недоброжелатели вкладывали в нее разные дозы агрессии. Я ее слышал чуть ли не каждую неделю. И давно убедился на собственном опыте, что самое разумное - промолчать.
- А я хожу! - сказала Салли. - Я их целую кучу пересмотрела. А вы правда сами скакали на лошади в «Шпионе в тылу», как написано в афишах?
- Угу, - кивнул я.
Салли оценивающе посмотрела на меня:
- А с недоуздком не проще было бы?
Я невольно рассмеялся:
- Нет, не проще. Я знаю, в сценарии было написано, что лошадь очень хорошо слушалась повода, но на съемках мне подсунули тугоуздую.
- Салли у нас маленькая великая лошадница, - сочла нужным сообщить ее матушка.
- На «Роедда-Риф», - уточнила Салли.
Это название мне ничего не говорило, но явно значило что-то важное. Все выжидающе уставились на меня. В конце концов Джонатан надменно сообщил:
- Это название нашей золотой шахты.
- Что, в самом деле? А я и не знал, что у вас есть золотая шахта!
Я почти нарочно произнес это тем же тоном, каким отец и сын сообщили мне, что не видели моих фильмов. Квентин ван Хурен уловил интонацию.
- Да, - задумчиво сказал ван Хурен, продолжая смотреть мне в глаза. - Понимаю.
Уголки его губ приподнялись.
- А хотели бы вы побывать на шахте? Посмотреть, как добывают золото?
Судя по удивлению, появившемуся на лицах остального семейства, это было равносильно моему предложению устроить пресс-конференцию.
- С превеликим удовольствием! - заверил я. - Честно.
