Я стоял у руля моей индивидуально подобранной спортивной машины, напоминающей игрушку, когда-то принадлежавшей сыну нефтяного шейха. Температура жара и неловкость в теле заставляли меня потеть, но я продолжал терпеть, задумываясь о своем переполненном проблемами состояние....
Я, как всегда, подавил в себе печальную мысль, которую всегда внушали мне такие девочки, как Салли: ведь моя дочь, наверное, может вырасти такой же хорошенькой, но такой души, такого блеска в ней не будет…
Салли поставила стакан и принялась озираться вокруг.
- Вы Данило не видели? - спросила она. - Этот свинтус сказал, что будет в десять, а сейчас уже четверть одиннадцатого!
- Он вчера весь день считал деньги, - с серьезным видом сказал я. - Небось переутомился, бедняга!
- Какие деньги? - с подозрением спросила Салли.
Я перессказал ей вчерашний диалог.
Она рассмеялась:
- Ой, он, наверное, просто не может не считать! Вот в субботу на скачках тоже все время что-то подсчитывал. Знаете, как я его называю? Живой компьютер!
Салли отхлебнула еще соку.
- Да, а вы знаете, что он ужасный мот? Представляете, он поставил на одну лошадь десять рандов. Целых десять рандов!
Я подумал, что ван Хурен неплохо воспитал свою дочку, если ставка в десять рандов кажется ей сумасшедшей.
- Да, и, между прочим, лошадь выиграла, - добавила Салли.
- В конце концов все остаются в проигрыше, - заметил я.
- Ой, ну не будьте таким занудой! - надулась девочка. - Вы прямо как папа!
Внезапно в ее глазах мелькнула радость. К нам присоединился Данило: белые шорты, крепкие загорелые ноги, голубая ветровка нараспашку.
- Привет! - жизнерадостно сказал он, обращаясь к нам обоим.
- Привет, - эхом отозвалась очарованная Салли.
Она оставила меня и недопитый сок и ушла с обаятельным мальчиком, как уходили все девушки со времен Евы. Но у отца этой девушки была золотая шахта. Данило уже все подсчитал…
Пришел Аркнольд, и портье направил его в сад. Аркнольд пожал мне руку, уселся, согласился выпить пива. Вдалеке Данило с Салли не слишком прилежно перебрасывали мяч через сетку, все время хохотали.
Аркнольд проследил направление моего взгляда, узнал Данило и нахмурился.
- Я не знал, что Данило будет тут, - сказал он.
- Не волнуйтесь, он вас не услышит.
- Да, но… Слушайте, мистер… Может быть, уйти в дом?
- Как вам угодно, - согласился я.
Мы перебрались в комнату отдыха, но ему и там было не по себе, так что в конце концов мы поднялись в мой номер. Оттуда тоже были видны теннисные корты, зато нас с теннисных кортов увидеть было нельзя.
