Освещенный утренним рассветом лес окружал меня как живой музей подтекстов и тайн. Я крепко держала руку Кенни, идущего рядом со мной по темному тропинкам, ощущая в нем не только надежность, но и тайный ужас природы, который скрывался за каждым деревом и шорохом листвы.
– Вы отсюда? Из Урмберга?
Она останавливается, оборачивается. Впервые улыбается. Глубокие морщинки собираются вокруг глаз, и что-то похожее на любовь или жертвенность мелькает на лице.
– Всю жизнь живу здесь. Нет места прекраснее.
– Вы работаете в полиции?
Маргарета хохочет и снимает варежку. Роется в кармане и достает пачку сигарет. Зажигает одну и делает глубокую затяжку:
– Я, в полиции?
Она снова смеется, но смех переходит в хриплый кашель.
– Нет, – отвечает она и зычно прокашливается. – Я уже давно не работаю.
Когда я не отвечаю, она наклоняет голову набок и внимательно смотрит на меня.
– Вы ее не помните?
– Нет, – отвечаю я, сгорая от стыда, хоть я и не виновата в том, что больна.
Маргарета пожимает плечами, смотрит на снег, тушит окурок и надевает варежку.
– Пошли, – понукает она.
Еще несколько метров мы проходим в тишине. Ели редеют. Пни свидетельствуют о том, что лес тут чистили. Подъем становится круче, теперь нам приходится обходить валуны и перелезать через упавшие деревья.
Вскоре мы выходим на проселочную дорогу.
– Почти пришли, – говорит Маргарета. – Осталось перейти дорогу. Нам туда.
Она показывает на ели на другой стороне проселочной дороги.
– Еще далеко?
– Нет, не далеко, – отвечает она и перешагивает заснеженную канаву вдоль дороги.
Я следую за ней, но мне не по себе. Не хочется возвращаться в лес.
Холод проникает под капюшон, уши заледенели. Штаны промокли от снега и затрудняют шаг.
С секунду я думаю, не остаться ли здесь, на светлой расчищенной проселочной дороге, но потом вспоминаю про Петера. Что, если он там, в лесу, лежит один в чужом доме? Больной, беспомощный, не в состоянии сам выбраться оттуда.
Маргарета скрывается за деревьями, и я спешу за ней.
«П. жив, – говорю я себе. – Он должен быть жив».
Иначе зачем им посылать за мной эту женщину?
Снова начинается подъем в гору. Он все круче и круче. Я хватаюсь за ветки и кусты, чтобы не упасть. Снег сыплется в лицо и за воротник.
"Я бросаю взгляд назад и поражаюсь тому, что вижу.
Бесконечный снежный лес простирается внизу под нами. Мы зашли намного дальше и поднялись намного выше, чем мне казалось. Сквозь снег я различаю шпиль церкви, но все остальное тонет в белоснежном тумане.
– Подождите! – кричу я.
Маргарета останавливается, оборачивается и идет назад ко мне.
